Три женских страха

Только однажды я видела слезы на глазах мужа, только однажды – когда он пришел навестить меня после неудачной попытки суицида. С тех пор мой волк-одиночка никогда больше не позволял мне видеть его в моменты растерянности, слабости или боли.

– Папа, тебе придется пока тут полежать, ладно? – Я укрыла отца одеялом, поправила подушку под головой. – Завтра ребята приедут и помогут наверх тебя перенести, там будет лучше.

– Мне и тут… нормально, – выдохнул папа, открывая глаза. – У тебя есть обезболивающее?

– Тебе плохо? – Я, признаться, не подумала об этом, а ведь ему на самом деле могло стать хуже после дороги.

– Позвони… Моне и Бесо… пусть приедут и… врача… нашего…

– Не надо никакого врача, Фима, – раздался голос Акелы за моей спиной.

– Но почему? – не поняла я, и муж объяснил:

– Чем меньше народа в теме, тем легче нам будет. Я сейчас позвоню Фо Ду, он приедет и поживет здесь.

Фо Ду – так звали того самого китайского доктора, что лечил мою сломанную ногу несколько лет назад. Саша не признавал никого, кроме этого пухленького китайца в смешном пенсне.

– Ты думаешь, что никто не узнает, что папа у меня?

– Думаю, что нет. Если кто-то наблюдал, то видел, что его увезли омоновцы. А значит, скорее всего, в тюремную больницу.

– Был еще один автобус, который поехал к папе домой. Так Маросейкин предложил.

– Тогда совсем не о чем беспокоиться. И еще, Аля…

– Выйдем на минуту. Прости, Фима, мы сейчас, – с этими словами муж взял меня за плечо и вывел из комнаты. – Слушай меня внимательно.

– Как я должна это сделать?! – огрызнулась я. – Что, сказать Семке, чтобы вообще не появлялся? Это странно.

– Боюсь, что твоему Семке сейчас не до тебя, – загадочно сказал Саша. – Ты поняла меня? Кроме Фо Ду, здесь не будет посторонних. Одно исключение – домработница, и ту придется оставить здесь до того момента, как все закончится. Лучше вызвать сюда Галину. Наша Ксения работает недавно, незачем посвящать ее в семейные дела.

Саша говорил спокойным тихим голосом, но его слова и фразы звучали в моей голове набатом – неужели все настолько серьезно?

– А как же моя работа? У меня пять групп…

– Аля, какая работа? Ты не понимаешь, что в любой момент можешь превратиться в мишень? В понедельник с утра позвонишь и попросишь отпуск без содержания, объяснишь, что должна уехать – да мало ли. И не смей высовываться! Все, что нужно, я буду привозить сам.