Триггер

И дам ровно полчаса. Потом за тобой приду, и Персидский не то что ходить не сможет, а лежать вряд ли вспомнит как.

— Илья! — В её голосе сквозит облегчение, смешанное с удивлением. Нет, правда, Катя ожидала чего-то другого? Если да, то у меня для неё плохие новости. Впрочем, мы только в начале узнавания друг друга, и с тем, что я бываю тираном, ей ещё придётся свыкнуться.

***

В больнице — металлический аромат безысходности. Или это кажется только мне, потому что я ощутимо нервничаю. Идея приехать к Вадиму уже не кажется мне такой блестящей.

Это лишние нервы, которые мне совсем не нужны. Но Персидский вполне может сотворить что-нибудь ещё, что скажется впоследствии, потому решить с ним все вопросы нужно прямо сейчас.

— Катюша! — бросается ко мне свекровь, едва я показываюсь в коридоре, по которому, с трудом передвигаясь, ходит несколько человек. Кто-то на костылях, кто-то — с тростью. Меньше всего мне хочется сейчас быть здесь, потому приходится надеть на лицо вымученную улыбку. — Как хорошо, что ты приехала! Спасибо!

— Не за что, Маргарита Григорьевна, правда, я ненадолго.

Она начинает плакать, опускается на скамью, стоящую возле стены, закрывает лицо руками, приходится сесть рядом и осторожно погладить по плечу. Она совсем не виновата в том, что вытворил Персидский. Он прежде всего — её сын, которому нужна помощь.

— Катюша, тут дело такое… Нужны деньги. Ему готовы сделать операцию, чтобы поставить на ноги, но нужны деньги, — начинает она сбивчиво рассказывать, как будто боится, что я в любой момент могу сорваться и сбежать.

Впрочем, свекровь недалека в этих подозрениях. — Я немного собрала, но этого не хватит. Оперировать будут не у нас.

— Я это поняла. Но вы же знаете нашу ситуацию. Дело находится в суде, а отозвать исковое заявление может только Вадим.

— Мы уже проконсультировались по этому вопросу. Вадик даст мне генеральную доверенность, мы можем заказать выезд нотариуса. И я откажусь от иска от его имени.

Я удивлённо приподнимаю брови.

Значит, вроде бы всё решено, и теперь от меня будет зависеть продажа квартиры, которую, как я понимаю, и просят сбыть с рук. Только забыли спросить, хочу я продавать недвижимость или нет.

Свекровь смотрит на меня с такой мольбой, что мне становится нехорошо. Но ведь это действительно выход — только так, пожалуй, я и могу избавиться от Вадима. Затребовать у него, чтобы развод был как можно скорее, а после разойтись и не быть друг другу должными.