Тринадцатый странник

Кому я пытаюсь доказать? Ландар знал, кого приставить ко мне. В Башне не было второго человека, кто так фанатично обожал бы его. Вели князь сжечь себя заживо, Энн сделала бы это с радостью.

— Он сидел с тобой, пока ты не пришла в себя, — с благоговением сказала она.

Я поморщилась. Сидел со мной? Боги, я сейчас умру от умиления! Сначала придушил, потом соблаговолил со мной посидеть, держа за руку. Да в гробу я видала такую заботу!

— А потом просто усыпил, чтобы ты могла отдохнуть!

Или чтобы снова не начала его оскорблять.

Я подняла ладонь, так и есть. На запястье серел знак сна, уже исчезающий. Ландар мог поставить и временную метку, ее сила исчезала через несколько часов. Я отбросила покрывало, открыла шкаф, доставая белье и брюки.

— Его Светлость велел тебе оставаться в своей комнате и отдыхать, — сказала Энн, недовольно глядя на меня.

— Побежишь докладывать? — хмуро спросила я, одеваясь.

— Я не хочу тебе зла, Диана, — протянула она, комкая в ладони край синего платья. — Все же, я почти вырастила тебя…

— Меня вырастили мои родители, — бросила я, натягивая мягкий светло-зеленый свитер с высоким воротом.

Демонстрировать всем свою шею мне не хотелось.

Энн недовольно дернула плечами. Но после всего произошедшего уже плевать было на ее настроение. Я вскинула голову, пытаясь уловить отголоски силы Ландара. Тот самый озон, что всегда появлялся при его приближении.

— Ландар уехал? — резко спросила я, не почувствовав этого. — Покинул Башню?

— Это не означает, что ты можешь ослушаться Его Светлость… — завела свою шарманку Энн.

Я развернулась к ней, прищурившись.

— Слушай, да ты ведь просто любишь его, — неожиданно озарило меня. — Любишь! Как мужчину. От того и готова выполнять любое указание, от того и прыгаешь перед ним на задних лапах! Наверное, считаешь, что мне дико повезло оказаться в его постели?

Она отшатнулась, но в серых глазах я увидела ответ. Мать твою, да я же права! Я быстро прикинула, сколько Энн лет. На вид около пятидесяти. Высокая, статная, с утонченными чертами породистого лица.

В молодости, несомненно, была красавицей.

— Оу, у вас что-то было, — я шагнула к ней, внимательно рассматривая застывшую женщину. — Точно было! По глазам вижу. Видимо, с тобой он обошелся лучше, раз ты ему так преданна!

— Что ты понимаешь, маленькая дрянь? — она отмерла и зашипела так внезапно, что я подпрыгнула. Энн сжала кулаки. — Ненавижу тебя! Он дал тебе все! Молодость. Вечную молодость! Красоту. Силы.