Трио неизвестности

– Он спросит, почему переговоры ведёшь ты.

– Переговоры будет вести Капурчик.

– Капурчик справится? – поднял брови Канцлер.

– Ему придётся постараться, – жёстко произнёс галанит. – Я объясню Зиновару, чего от него хочу, а во время разговора буду подсказывать нужные слова. Капурчик справится. – Сямчик выдержал короткую паузу. – Мы договоримся с дер Даген Туром о встрече, вы его возьмёте и убедитесь в том, что мне можно доверять.

– В этом ты меня никогда не убедишь, – рассмеялся урийский лидер.

Галанит вежливо улыбнулся.

– Но идея мне нравится. – Канцлер побарабанил пальцами по подлокотнику.

Сямчик поздравил себя с очередной локальной победой и попытался развить успех:

– К сожалению, радио на «Дэво» имеет ограниченный радиус действия, но я надеюсь…

– Мы не станем жадействовать в операции «Дэво», – перебил галанита Канцлер. Даже не перебил – просто продолжил свою мысль, не обратив никакого внимания на слова собеседника и заставив Сямчика умолкнуть. – На «Бардукрале» установлена аппаратура, пожволяющая обмениваться сообщениями между планетами.

– В чём смысл? – не понял Сямчик.

– С Мартины передатчик «Бардукраля» накроет половину Ближняшки. Будем надеяться, что Помпилио окажется на этой половине и отжовётся. Вы его увидите, прыгнете и покончите, наконец, с этой проблемой.

– Я с ней покончу, – пообещал галанит.

Несколько мгновений Канцлер смотрел Сямчику в глаза, после чего спросил:

– Ты никогда не думал о смене работы?

Одного – самого первого и самого неловкого – перехода на луну хватило, чтобы Бедокур понял, как нужно готовиться к необычной атмосфере Близняшки, и следующие прыжки уже не приводили к таким последствиям, как первый. «Амуш» слегка тряхнуло, но именно слегка – «пинок Пустоты» порой случается весомее, – корабль потерял всего лишь пятьдесят метров высоты и замер на комфортном расстоянии от поверхности.

– Переход завершён, мессер, – доложил Дорофеев.

– Никак не привыкну к столь коротким прыжкам, – протянул дер Даген Тур, подходя к окну. Посмотрел на бурые скалы и пошутил: – А здесь ничего не изменилось.

– На унылых пейзажах лежит печать Вечности, мессер.

– Базза? – Помпилио удивлённо посмотрел на капитана. – Вы подверглись воздействию аномалии?

– Возможно, мессер, – не стал отрицать Дорофеев.