Трио неизвестности

В ответ Аурелия молча трясёт головой – ей трудно говорить. И дышать. И стоять. Но она пришла в астринг, потому что должна быть рядом с Квадригой.

– Она… она исчезла, мессер.

– Пелерания исчезла, мессер. Смотрите сами.

Они все в синих гоглах – без них в работающий астринг нельзя – и поэтому видят изображение внутри «дальнего глаза». Необычное, невозможное изображение… даже не изображение, а движущиеся картинки, как в синематографе.

– Я навёл астринг на Пелеранию, но не успел прыгнуть. К счастью, не успел. Потому что едва я приготовился, как изображение исчезло.

Планеты, сходящие с орбит… планеты, сходящие с ума…

– Как ты это объяснишь?

– В системе Пелерании возникла грандиозная аномалия Пустоты, захватившая и куда-то унёсшая планету. После того как аномалия схлопнулась, созданное ею возмущение привело к хаосу…

– Пелерания исчезла? – переспросил ошеломлённый Помпилио.

– Да, мессер. – Галилей повернул голову к дер Даген Туру.

А командир ударной станции РН04 убедился, что «Пытливый амуш» находится точно в перекрестье прицела, и запустил второй контур устройства. Меньше чем через минуту над цеппелем распахнулось «окно» перехода, из которого повалили серые тучи Пустоты и ударил мощный красный луч.

Ей плохо. Неожиданно и очень сильно плохо, словно вонзилось вдруг что-то невидимое и злое, высосало силы, уложило на пол, но не отстало, продолжило жечь изнутри, забирая последнее…

– Помпилио, мне больно.

На губах кровь. Откуда? Может, ведьма заразила? Но у ведьмы не спросишь – сидит, прислонившись спиной к переборке. Сидит неподвижно, очень ровно, смотрит прямо перед собой, но ничего не видит. Парализовало? Наверное. И только на губах пузырится кровь.

– Помпилио, мне очень больно…

Дер Даген Тур рычит – от бешенства и бессилия. От того, что Кира закрывает глаза, а на её губах – кровь. От того, что всё заканчивается так.

А в переговорной трубе – голос Дорофеева:

– Мессер, нас затянуло в Пустоту! Это прыжок? Мы прыгаем? Цепари теряют сознание! Мессер?!

Помпилио, продолжая прижимать к себе потерявшую сознание Киру, поднимает голову и смотрит на астролога:

– Это шторм, мессер! – смеётся Квадрига.

– Это идеальный шторм Пустоты!

– Куда нас несёт? – хрипит дер Даген Тур, не понимая, почему астролог в полном порядке.

– Куда захотим, мессер! Мы в шторме! Мы в самой Пустоте!

В «дальнем глазе» – стремительное мельтешение, калейдоскоп звёзд и планет.