Трижды до восхода солнца

Метрдотель, или кто он здесь, вновь наклонился к Берсеньеву, загадочно шепча, Сергей Львович повернулся ко мне и спросил:

— Мартини с водкой взболтать, но не перемешивать, — отбарабанила я с самым серьезным видом. Парень смотрел на меня в замешательстве, перевел взгляд на Берсеньева, тот едва заметно пожал плечами:

Парень удалился, а я повертела головой с восторгом и тихой завистью к чужим деньгам.

— Нравится? — спросил Берсеньев.

— Охренеть, — кивнула я.

— Будь добра, сдерживай свои эмоции, люди здесь к шуму не привыкли, — нахмурился Берсеньев, но как-то чувствовалось, что и на здешних, и на прочих людей ему наплевать.

Мне принесли мартини, я сделала большой глоток и закашлялась. Берсеньев треснул меня по спине.

— Не особенно. Но все равно круто. Сегодня я девушка Бонда. И все остальные девушки мне завидуют.

— Да, повезло тебе. Не догадываешься, зачем позвал?

— Ну, это тупому ясно: будем спасать мир?

— Можно попытаться, — усмехнулся Берсеньев, сгреб газету и, развернув ее, ткнул пальцем в статью, подписанную бывшим.

— Тебе-то что? — удивилась я.

— Могу помочь, — ответил он, а я подумала, что моя догадка об их взаимоотношениях с Юдиной не лишена оснований. Наш красавец засуетился.

Он поднял брови, вроде бы удивившись.

Думала я недолго. Вдруг явилась глупая мысль: может, у этой наглой сволочи кое-какие человеческие чувства сохранились? И я решила блеснуть догадливостью.

— В твоей душе теплится любовь к моей сестре и тебе не нравится, что в нее стреляли?

— Вполне в духе такой сентиментальной дуры, как ты, — кивнул он с заметным огорчением.

— Чего ж тогда? — спросила я с обидой.

— Скучно, — пропел Берсеньев и широко улыбнулся. — Жизнь бизнесмена весьма однообразна… Ну, и много нарыть успели?

— Да пошел ты, — разозлилась я.

— Ты девица средних умственных способностей и с большим самомнением. Сестра немного поумней, но она в больнице. Ты будешь кружить в трех соснах, пока тебя тоже не пристрелят.

— Тебе от этого только польза, — сказала я.

— Тоже мне противник. — Он постучал пальцем по газете, лежавшей на столе, и добавил: — Все, что здесь написано, полная хрень.

— Как изысканно ты выражаешься.

— Хочешь совет? — не обратив на мои слова внимания, вновь улыбнулся Берсеньев. — Ищи бабло.

— Какое бабло? — усмехнулась я. — В статье ни слова о деньгах.

— В этом все и дело. Оттого ничего путного из вашего расследования не вышло.