Трижды до восхода солнца

И я хотел бы знать… пусть объяснит… Вы сможете узнать девушку? — повернулся он ко мне. Я кивнула. — Во время приема работали две группы официантов, — продолжил Виктор Степанович. — Несколько новичков из тех, кого наняли на работу в «Успенскую слободу», и пятеро отсюда, из «Олимпика», им в помощь. Пройдемте в отдел кадров, там все личные дела. Посмотрите фотографии.

Предложение показалось мне дельным, хотя фотографии могли отличаться от оригинала. Я попробовала мысленно представить девушку-официантку. Вместо лица — размытое пятно.

В памяти остались белая блузка и темные волосы со стрижкой каре. Мы спешно покинули кабинет, молодой человек в костюме, ранее сопровождавший нас с Агаткой, был в комнате напротив, Виктор Степанович попросил его к нам присоединиться.

— Николай как раз отвечал за банкет, — пояснил Гришин. — И подбирал для него официантов.

— А что случилось? — забеспокоился Николай.

— Совершенно нелепая история, — буркнул Виктор Степанович. Такой ответ беспокойство его подчиненного лишь усилил.

Отдел кадров находился в другом крыле здания. В довольно просторной комнате три женщины, каждая за своим столом, пили чай. Появления Гришина, как видно, никто не ждал, дамы несколько суетливо убрали чашки и с интересом на нас уставились.

— Лариса Ивановна, — обратился Гришин к тучной тетке в парике. — Приготовьте личные дела наших официантов.

— Все? — спросила она, поднимаясь.

Лариса Ивановна с легкостью, удивительной в таком теле, подошла к застекленному шкафу и через пару минут положила передо мной пачку личных дел с фотографиями в левом верхнем углу.

К тому моменту я успела устроиться за одним из столов. Я бегло просмотрела личные дела. На двух фотографиях лица женщин показались знакомыми. Я долго их разглядывала, но дать утвердительный ответ не решилась.

— Можно с ними увидеться? — спросила виновато.

Виктор Степанович кивнул Николаю, тот, взглянув на фото, тоже кивнул.

— Мартынова и Петракова. Обе сегодня работают.

— Пригласи их сюда, — приказал Гришин.

Молодой человек удалился. Вернулся минут через пятнадцать в сопровождении двух девушек. Все это время мы сидели молча, Виктор Степанович хмурился, сосредоточенно рассматривая пол, его подчиненные, сообразив, что хозяин к разговорам не склонен, тоже помалкивали, переглядывались с недоумением, как видно, гадая, что происходит. Беглого взгляда на вновь прибывших было достаточно, чтобы понять: ничего общего с разыскиваемой девицей они не имеют.