Троянская тайна

И вынужденный отдых, навязанный тебе в то время, когда ты можешь думать только о деле и ни о чем другом, превращается в изощренную пытку...

Виктор что-то сказал, и Ирина, с головой ушедшая в невеселые размышления, не сразу поняла, что его слова были обращены к ней.

– Прости, – спохватившись, сказала она, – я не расслышала... Что?

– Я просил тебя ненадолго вернуться с небес на землю, – улыбаясь уголками губ, сказал Виктор.

– Прости, – повторила она. – Я немного задумалась.

– Я заметил, – улыбка Виктора на мгновение стала шире, а потом исчезла.

 – И я даже догадываюсь о чем. Неужели ты не можешь хотя бы на один день выбросить это дело из головы?

Ирина нахмурилась и закусила губу – она не любила, когда окружающие видели ее насквозь и читали ее мысли. Раньше не любила, а уж теперь и подавно...

– Я вовсе не думаю о деле, – сказала она сердито.

– Ну и прекрасно, – сказал Виктор. Улыбка скользнула по его губам и исчезла раньше, чем Ирина успела разгадать ее значение. – Раз так, мы, наверное, можем обсудить один интересующий меня вопрос.

Ирина сделала над собой усилие, и ее последняя реплика прозвучала достаточно игриво. Виктор рассмеялся и покачал головой.

– Извини, но в данный момент меня интересует не то, о чем ты подумала, – сказал он, впервые за два года не угадав ее мыслей. – Я думаю о том, как мы будем праздновать твой день рождения.

– О господи, – сказала Ирина. – Нашел о чем думать! Тоже мне, праздник.

– Конечно, праздник, – с преувеличенной серьезностью возразил Виктор.

 – Торт со свечами, подарки, поздравления, гости... Торт и подарки я беру на себя, а вот гости – твоя забота.

– Да ну их к черту, – в несвойственной ей манере отмахнулась Ирина. – Честно говоря, я вообще не хочу ничего праздновать. Настроение не то.

– Настроение – штука переменчивая, – сказал Виктор. Он смотрел на реку, повернувшись к Ирине своим античным профилем, и неторопливо прихлебывал из чашки густой черный кофе. – Именно поэтому твой день рождения будет отпразднован.

– Звучит угрожающе, – заметила Ирина.

Она тоже отпила из чашки и отметила про себя, что Глеб Петрович варит кофе лучше. – Карфаген будет разрушен, да?

– Вот именно, – подтвердил Виктор.

– Перед лицом такой решимости слабой женщине остается только капитулировать. Я могу хотя бы выдвинуть условия капитуляции?

– Так об этом же и разговор! Я как джентльмен готов на любые условия, чтобы избежать напрасного кровопролития.

– Ага, – удовлетворенно сказала Ирина и задумалась.