В гостях у Ларисы не растерялся – у всех троих образцы взял. Пока меня рядом не было, чтобы не помешала.
- Кого? – медлит Адам. Вспоминает лихорадочно. Запутался в именах женщин. – А, лаборантки той? – закатывает глаза. – Да, его тоже проверил. Но не думаю, что он мой…
- Тройняшки тоже не твои, - повторяю, словно мантру.
- А если мои? – наступает, заставляя меня попятиться к двери. – Через суд запретишь мне приближаться к ним? – загоняет меня в ловушку, как хищник жертву. Будто я что-то ценное у него отобрать планирую.
Хотя это моя семья в опасности!
- Нет. Я бы позволила вам видеться и общаться. Беспрепятственно. Дети имеют право знать родного отца, - обезоружив его таким неожиданным, но справедливым решением, я продолжаю: - Но если они не твои, что наиболее вероятно, тогда ты… Ты ведь сам мгновенно остынешь и откажешься от них, - ухмыляюсь горько.
- Ты плохо меня знаешь, чертовка, - рычит, разгоняя ярость в себе. – Я не зря переписал клинику на тебя, - ставит в упрек то, что мне не нужно было.
- Отзови бумаги. Я подпишу отказ, - строго произношу. – Теперь я понимаю, зачем ты это сделал. Ты рассчитываешь на подтверждение родства. И думаешь, что собственным детям бизнес передаешь? – по выражению лица Туманова понимаю, что попала в цель. - Но ты ошибся. И разочаруешься, как только получишь отрицательный тест.
- Он не может быть отрицательным, - проговаривает заторможено, и его былой запал постепенно испаряется. – Я от них не откажусь…
Усмехаюсь устало. Запрокидываю голову, ударяясь затылком об дверь.
Не верю.
- Не обещай того, чего не сможешь выполнить, - тяну вверх уголки губ. – В противном случае… ты бы не ждал результатов, а уже сейчас был бы рядом с ними, - говорю ровно, с внезапно накатившей апатией. – Ты ведь до сих пор сомневаешься. Надеешься на подтверждение отцовства, потому что… - делаю паузу, сканируя напряженного Адама. – Потому что неродных подсознательно не готов принять.
Молчит. Размышляет. Не может найти аргументов в противовес.
- В общем, давай поступим так, - упираюсь ладонями во вздымающуюся грудь. Сдвигаю стальную махину, отстраняя от себя. – Ты спокойно ждешь ответ из лаборатории, - поднимаю руки к своей шее, нащупываю застежку цепочки, справляюсь с ней быстро. Наверное, в состоянии аффекта. – А до этого момента не подходишь ни ко мне, ни к детям, - срываю с груди агатовые часики, его подарок. – Прекрати мучить их, они привязались к тебе, пока ты играл в папочку.
