- Ты разве не получил еще результат? – косится на меня, сводит брови, а пальчиком машинально что-то в программу тренажера вбивает. Замедляется. Переходит на шаг.
- Это больше не имеет значения, Агата, - признаюсь искренне.
Сам же лихорадочно вспоминаю, где планшет. Бухал я точно без него. Сутки страдал – тоже. Ни о какой проверке почты и речи не было. Я бросался из крайности в крайность. Если до ночи с Агатой я упрочился в статусе родного отца. Сам решил – сам поверил. То после… Я пытался принять тот факт, что мы с тройняшками чужие.
И теперь, если честно, не хочу получать результаты. Я без них все решил. Мое тройное табу станет главным смыслом жизни. Ирония судьбы. Осталось убедить Агату.
- Я же просила, Адам, не играть с нами, – печально тянет она. Укладывает руки на ""руль"", делает передышку.
- Чертовка, переодевайся – и мы поедем… - начинаю строго, чтобы звучать убедительно, но мой тон действует на Агату совсем не так, как задумывалось. Вместо того чтобы растаять и подчиниться, она воспринимает каждое слово в штыки.
Броню свою стальную укрепляет шипами.
- Никто никуда не едет, - расстреливает меня ледяными иглами. - У нас с тройняшками весь день распланирован. И тебя в нашем графике нет, увы, - отталкивается и возвращается к быстрой ходьбе, постепенно увеличивая скорость до бега.
Но от меня не сбежать.
- Значит, внесем, - рычу в ответ, устав уговаривать мою несносную женщину. Понимаю, что она имеет полное право обижаться, но не умею правильно обращаться с колючками.
Единственная Агата у меня такая, характером и берет. И я не готов от нее отказаться.
Разозлившись, бью по панели тренажера, попадаю на кнопку паузы или отключения. Достигаю цели – беговая дорожка останавливается. Агата едва не падает, но я предусмотрел именно это. Поэтому наклоняюсь резко, подхватываю ее под бедра – и закидываю горячее, брыкающееся тело себе на плечо.
Глава 33
- Отпусти, Адам, - шипит чертовка куда-то мне в спину, хлопает ладонью, но аккуратно. Сдерживается.
Несмотря ни на что, не переступает за рамки приличия. Судя по возне, пытается выпрямиться немного, цепляясь за мой ремень, опасливо и наверняка смущенно по сторонам осматривается. Беспокоится, как будет выглядеть в глазах так называемой общественности? А мне плевать. – Ты меня позоришь перед окружающими.
Оборачиваюсь на застывших с открытыми ртами девушек. Они оставили тренажеры и даже вид не пытаются делать, что занимаются. Просто пялятся на нас.
