Трон императора

– Войди! – пригласил Фаргал.

– Царь позволит мне занять место? – почтительным голосом осведомился Станар.

– Без церемоний! – сказал Фаргал.– Сейчас мой друг Люг попросит подарить ему твою золотую цепь! У него сегодня слабость к эгеринским драгоценностям.

– Почему бы – нет?

Станар с готовностью взялся за украшение.

– Когда царь говорит: «Дай ему!» – усмехнулся сокт,– он подразумевает: «Дай мне!» По этому признаку всегда узнаешь Императора… или менялу. И тот и другой сметают в свои подвалы все, до чего удается дотянуться.

– Но царь Карнагрии – не таков! – Станар бросил внимательный взгляд на Фаргала.

– Просто более ленив! – махнул рукой сокт.– Я предложил ему…

– Довольно! – воскликнул Фаргал с напускным гневом.– Станар! Как ты желал бы развлечься?

– Я? – Посол подумал немного.– Говорят, ты держишь во дворце лучшего поэта и певца Карнагрии!

Фаргал удивленно поднял бровь.

– Он имеет в виду Сурнаш-Гина! – пояснил Люг.– Позови, кстати! Давно хочу отрезать ему уши!

– Только уши?

– У него единственный недостаток, мой царь! Он очень не любит тебя! Но ведь и Йорганкеша, твоего предшественника, он тоже не любил! Да за что вас любить, государи Карнагрии?

Сокт рассмеялся и опрокинул в себя еще одну порцию вина.

– Зови Сурнаш-Гина, мой царь! Станару он понравится – у эгерини хороший слух!

– Он немного безумен, мой поэт…– сказал послу Фаргал.

– А я? – снова перебил сокт.– Будь я в своем уме, пил бы сейчас вино у себя дома и не думал, почему уже третий дегустатор царских яств умер за этот год!

– Так серьезно? – спросил Станар.

– Не очень,– ответил Фаргал.– У меня еще есть маги! Я плачу им достаточно, чтобы не беспокоиться о ядах и порче!

– Я точно ненормальный! – заявил Люг.– Будь я нормален, пил бы сейчас хорошее вино и трижды в день развлекался бы с самыми славными девушками и самыми красивыми мальчиками на своем островке! И не размышлял о погрязшей в мерзости Карнагрии!

– По-моему, у меня тоже неплохое вино! – заметил царь.

– Это по-твоему! Ладно,– смягчился сокт.

Фаргал потянулся к бронзовому гонгу.

– Позови Сурнаш-Гина! – приказал он явившемуся прислужнику.

Первый придворный поэт и певец Карнагрии, переживший уже двух Императоров, несмотря на репутацию безумца (или – благодаря ей!), был доставлен парой стражников.

– Я не желаю развлекать тебя, узурпатор! – закричал он еще с порога.