Эмма Марковна, от вашего лекарства человечкина плоть к розгам-плеткам, огоньку-тискам чувствительней становится?
Я поспешила заметить, что если подопытный не погибнет сразу же, то будет охвачен жизненной силой и не помрет, даже если его пилить пополам. И тут же добавила, что хочу не только испытать лекарство, но тотчас же вскрыть умершее тело и посмотреть — не озмеилось ли сердце?
Князь не успел отозваться, как заглянул еще один прислужник.
— Ваше ясновельможное сиятельство, по дому басурманка ходит!
Бабанов-Ростовский опять оторопел, а я улыбнулась — поняла, в чем дело.
— Это моя ассистентка Таснасия. Незаконная дочь преступной страсти имеретинской княгини и русского генерала, греховна тремя смертоубийствами, помогает мне в делах чудесных, понимая, что душу уже не спасти.
В эту минуту в зал вошла Настя — Анастасия, обозванная мною Таснасией. Моя презентация была правдой лишь в одной детали. Настя была плодом преступно-принудительной страсти мелкого помещика средней полосы к дворовой девке. Но стоит ли посвящать собеседника в такие нюансы?
Тем более наряд моей верной секретарши-компаньонки вполне соответствовал характеристике.
Лицо девушки скрывал синтез никаба и профессиональной шапочки ниндзя — загадочно и пугающе. Настя была одета в коричневую амазонку — дамский верховой охотничий костюм. В моих вместительных возках хватало места для всякого гардероба.
Завершающая деталь облика компаньонки — длинные, почти по локоть, красноватые перчатки из бычьей кожи.
— Они ей необходимы для работы с ядами, — пояснила я, не без радости отметив, что удивление на лице хозяина дополнилось еле скрываемым страхом.
— Благодарю вас, что нашли ее и задержали, — коротко бросила Настена стражникам. — Здравствуйте, ваше сиятельство. — И, не дожидаясь ответа, обратилась ко мне: — Госпожа Шторм, я готова к манипуляции.
— Ну тогда десерт после отведаем, — заявил опомнившийся князь. — Пойдемте, применим вашу вытяжку.
Хочет контролировать ситуацию, сукин сын. Хотя она непривычна: дамочек такого облика он еще не встречал.
Хозяин что-то приказал капитану стражи, встал из-за стола и направился из залы, мы — следом. Я заметила, что караул сменился — видимо, не всей дворне, даже обряженной в псевдоландскнехтские мундиры, полагалось присутствовать при исполнении приговоров господина.
За время пересменки Настя успела немного пошептать Татьяне. Из монолога я разобрала «дура!» и «всё будет хорошо».
Каюсь, я обрадовалась, что выпила немножко вина. Небольшой кураж необходим.
