Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

- Не смешно! – заявили обиженные тараканы, созерцая портрет любимого.

Мне оставалось только гадать, что происходит на самом деле. Абель не появлялся уже почти двенадцать часов. На улице было темно, лишь далекие всполохи напоминали о том, что где-то идет битва за каждый квартал.

Абель вернулся спустя еще четыре часа моего мучительного ожидания, сбрасывая на пол плащ и перчатки.

- Я сдаюсь, - усмехнулся он, протягивая руку, - Берите меня в плен. Принимайте мою капитуляцию. Мои условия сдачи. Ванна, еда, чистая одежда, любовь, нежность.

Я подбежала к нему, обняла его, встала на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ  и стала целовать.

- Сударыня, пытки запрещены законами Криора, - усмехнулся Абель, отвечая на поцелуи, - Кто вас учил так жестоко обращаться с пленными?

Я улыбнулась, взяла его за руку и повела наверх. Сняв с него грязную одежду, я отправила его смывать с себя кровь.

- Вы планируете караулить меня под дверью, чтобы я не сбежал? – раздалось из ванной, после плеска воды, - Ваш директор не только бизнес, но даже восстание организовать нормально не может.

Я попросила служанку унести грязную одежду и принести еду. Я лично приняла из ее рук поднос с большим бокалом крови и осторожно поставила его на стол.

- Я переживаю из – за того, что вы постоянно приходите в крови… - заметила я, обращаясь к закрытой двери, - Я вообще против кровопролития.

Тараканы тут же схватили транспаранты, построились в шеренгу и растянули огромный плакат из туалетной бумаги: «Миру-мир!». Потом, кому-то из них показалось, что нужно внести элементы интернационализма в этот извечный призыв.  Он быстро нарисовал табличку: «Peace – да!». Все с укором посмотрели на «языковеда».

- Вот! – заметил узник, - Вот! Именно то слово, которое характеризует сложившуюся ситуацию! Возьми с пола крошечку! Назначаю тебя своим заместителем!

Пока тараканы разбирались между собой, раздался голос Абеля.

- А кто ел мою шоколадку? – с улыбкой возмутился он, выходя из ванной. Я положила на стол новую плитку, которую принесли вместе с одеждой.

- Я спрашиваю, - улыбнулся Абель, подходя ко мне и целуя меня, - Кто нервничал и ел мою шоколадку? И почему не доел? Постеснялся? Совести у вас нет. Не смотрите на меня так. Я хочу повредничать, так что терпите.