Царь горы

Тоннель заволокло черным дымом, сработала пожарная сигнализация, на охранный пульт пошел сигнал тревоги, вот только разглядеть, что происходит под Гудзоном, челы не могли: все видеокамеры, следящие за этим участком тоннеля, неожиданно вышли из строя.

— Обратный отсчет! — заорал Петер, посылая в горящие автомобили Луминаров еще одну гранату.

Тридцать секунд до отступления.

Надо отдать должное выучке бойцов Клайва: несмотря на внезапность нападения, паники не возникло. При взрывах погибли четверо, включая и епископа, еще двое получили тяжелые раны и поползли к выходу из тоннеля — помочь своим они не могли.

Зато остальные девять сразу же поняли, где расположился противник, и бросились к фургону дорожной службы.

Двадцать пять секунд до отступления.

Луминары избежали паники, но впали в бешенство. Они жаждали крови дерзких охотников, мечтали немедленно атаковать противника, растерзать на части ударивших исподтишка уродов… А следовало бы задуматься над тем, почему уступающие им в численности Бруджи заняли столь откровенную позицию.

Двадцать секунд до отступления.

Масаны двигаются очень быстро, челу не дано увидеть набравшего скорость вампира. Но чтобы опередить сидящих в засаде врагов, Луминарам следовало двигаться еще быстрее.

Пятнадцать секунд до отступления.

В тот самый момент, когда разъяренные воины выросли перед фургоном, Петер спокойно щелкнул переключателем, и «Протуберанцы» залили пространство перед машиной смертельным для масанов светом.

Незащищенные головы и руки вампиров вспыхнули…

Десять секунд до отступления.

Фонари и прожектор уничтожили шестерых. Трое еще держались, успели отвернуться, укрыться куртками, упасть на асфальт, скорчиться, пытаясь закрыться от безжалостных лучей.

Бруджи пересели в спрятанный за фургоном неброский «Додж» и помчались в Нью-Йорк, где в одном из манхэттенских переулков их ждал портал в Боготу.

— Все идет по плану, — тихо произнес Захар, складывая телефон.

 — Бруджи только что ликвидировали отряд епископа Клайва. Борис потерял еще пятнадцать бойцов.

— Серьезный удар, — так же негромко сказала Яна.

— Да, — согласился Треми, — серьезный.

И вновь удар нанесен перед самым рассветом. И вновь у Бориса нет возможности ответить. Надо ждать следующей ночи. Или бежать.

— Гораздо важнее психологический эффект, — подал голос Кортес. — Клан в панике.

— То, что нужно, — усмехнулся Артем.