Царь горы
0 прочтений
- Автор: Вадим Юрьевич Панов
- Жанр: Легкое чтение, Фантастика, Боевая фантастика, Городское фэнтези
Понимал: начнешь диалог — не остановишься, не выберешься из омута льстивых фраз и картин грандиозного будущего. Сам не заметишь, как окажешься на вершине.
«Боишься стать другим?»
Это Яна. Несколько часов назад, еще в Нью-Йорке, когда Инга ухаживала за Артемом, а Кортес уединился с Фридрихом.
«Мне много лет. Я не изменюсь».
«Тогда зачем сказал?»
«Титул истинного кардинала — венец масана. Выше только звезды».
«Мне с детства внушали, что рано или поздно я заберусь на эту вершину». Горькая усмешка. «Меня родили для этого.
«Он хотел для тебя великого будущего».
«До сих пор я оправдывал его ожидания».
«Титул истинного кардинала принципиально отличается от того, чего ты достиг своим умом, силой и волей. Другая лига, Захар, другая лига».
«Другой взгляд на мир?»
«Другие приоритеты?»
«Это будет зависеть от тебя».
«А зачем усложнять? Ты такой, какой есть, и без твоего собственного желания никто и ничто не сможет тебя изменить.
Захар среагировал молниеносно: плащ полетел на пол, в правой руке появилась катана, в левой — готовый к активизации «протуберанец». Шаг в сторону — позади была дверь, теперь стена, никто не ударит в спину.
И только в следующий миг Треми понял, что фразу произнес барон. Опустил меч, но не вернул его в ножны: в отеле должна была появиться Клаудия, а не ее отец.
— Я вижу, ты до сих пор не соединился с Драконьей Иглой, — спокойно произнес сидящий в кресле Бруджа.
Барон не смотрел на изготовившегося к бою Захара, не пошевелился, остался сидеть, как сидел: старик, утонувший в глубоком кресле и не сводящий взгляд с экрана выключенного телевизора.
— Не волнуйся, епископ, это не ловушка.
— Я не ожидал увидеть тебя.
— Я пришел вместо дочери.
У Александра дернулся правый глаз. Одно-единственное нервное движение, малюсенький признак слабости. И вновь — непроницаемая маска. Старческая маска. Захар вдруг подумал, что барон выглядит отнюдь не так, как обычно. Лицо Бруджи изменилось, обрюзгло, словно расстегнулся корсет, и тщательно скрываемый живот свесился через ремень. Барон постарел на глазах.
