Царица темной реки

Эти двое, к бабке не ходи, первым делом поедут в деревню, допросят поодиночке моих бойцов, и все всплывет…

Тут я вспомнил еще кое-что и сказал следователю:

– Посмотрите в правом кармане галифе, у него там пистолет должен быть…

Следователь присел на корточки, запустил руку в карман и извлек «вальтер», и не простой, обычный офицерский. Самого роскошного исполнения: на пистолете живого места нет от затейливых узоров, густо золоченных, на щечках рукоятки золотые накладки с символикой немецких панцерников – ну да, панцерником был покойный прежний хозяин, генерал-майор, командир танкового корпуса.

Я даже имя его видел в документах, но давно выкинул из памяти – к чему оно мне? Полгода назад был тяжелый встречный бой с немецкими панцерниками, такой, что небу жарко стало. Танк этого генерала мы и подбили, а когда они повыскакивали раньше, чем их панцер загорелся, Сема, высунувшись из башенного люка, срезал троих из автомата, а генерала за несколько секунд до того положил из пистолета Игорь. Так что именно ему законный трофей и достался.

– Шикарная машинка, – прокомментировал Шалин.

Следователь выщелкнул обойму, передернул затвор. Как я и ожидал, патрона в стволе не оказалось. Ни малейших эмоций у него на лице не отразилось – прицепиться тут было решительно не к чему, совершенно житейское дело. Трофейные пистолеты таскало в вещмешках и чемоданах превеликое множество военного народа, от рядовых до генералов.

Это абсолютно не преследовалось и не запрещалось, вот разве что узрей офицер у сержанта такую вот «шикарную машинку», забрал бы себе без церемоний, и тут уж протестовать не полагалось согласно еще одной неписаной армейской традиции. Игорь как раз и собирал исключительно «шикарные машинки», считая этот «вальтер», у него их было уже три.

Спрятав пистолет себе в карман, следователь спросил:

– Он что, опасался чего-то? Здесь, в этой покойной глухомани? Раз и на свадьбу пошел с пистолетом в кармане?

– Да нет, чего тут опасаться, – ответил я.

 – Просто… Как вам сказать… Оставалось у него в характере что-то мальчишеское – так со многими в его возрасте бывает. Страшно он этот пистолет любил. Может, еще и потому, что старого хозяина, генерала, ухлопал собственноручно. Вот и таскал в кармане всякий раз, когда мы оказывались в мирной обстановке, вот как здесь…

– Понятно, – проворчал следователь.