– Да, кажется, так это называли – именно библиоман… Эта страсть у него развилась рано, еще в относительно молодые годы, и захватила, как пьяницу – вино или гуляку – женщины. Правда, я так думаю, эта страсть гораздо благороднее вина или женщин, господин капитан?
– Пожалуй, – сказал я. – Чего доброго, в два счета вздернут и фамилии на спросят…
– Потом, когда все кончилось, стало гораздо легче. – Он усмехнулся с некоторым цинизмом. – У многих, замешанных в восстании, конфисковывали земли и имения, продавали имущество с аукциона, в том числе библиотеки.
Вот тут «охотники» дедушки Шандора развернулись вовсю. Бывало, возами старые книги привозили – знаете, императорские чиновники были людьми своеобразными, библиофилов среди них как-то не имелось, и книги они ценили менее всего. И вот тут-то начинается главное, господин капитан… Однажды дедушка Шандор приехал в именьице барона Баринкая, прослышал, что тот тоже любитель книг, хотя и не такого размаха, как старый граф, – довольно захудалые были имения. Сам он в восстании не участвовал, но все эти события так на него подействовали, что он умер от удара, и вдова стала распродавать кое-какие земли и имущество – в первую очередь библиотеку, которую считала блажью супруга.
Тут к ней и приехал дедушка Шандор с одним из младших библиотекарей. Ничего особенно ценного они не нашли, но дедушка наткнулся на старинную рукопись, датированную семьсот сорок шестым годом. И написана она была дедушкой покойного барона – по-латыни, тогда все образованные люди знали латынь.
Дедушка тоже. Он сразу понял, что наткнулся на что-то крайне интересное. Заглавие было длинное, как водилось в те времена: «Правдивая, но тайная история графини Эржи Паттораи, художника Михала Отрокочи и их друзей, которой предстоит сохраняться в тайне неизвестное количество лет, пока стоят нынешние суровые времена». Я хорошо запомнил, я ее читал, когда нынешний граф распорядился перевести ее на венгерский – он мало интересовался книгами, но очень любил всевозможные загадки и тайны, а уж это была тайна… И Баринкай-дедушка горел теми же интересами: всякие тайные знания, зашифрованные алхимические рукописи и все такое прочее.
Он со всеми ними приятельствовал: с графом Пароттаи и его юной супругой, с Михалом Отрокочи, с графом Рудольфом и еще несколькими дворянами. У них там было… ну, не тайное общество, скорее такой любительский кружок. Барон особо подчеркивал: не имеющий отношения ни к сатанизму, ни к черной магии, они все там были добрыми католиками.
