Царский витязь. Том 2

Светел покинул голосницу, стал просто говорить нараспев.

– Что-то позёмки не припомню, – буркнула Ильгра, но совсем тихо, не для того, чтобы перебить.

Светел крепко зажмурился. Глубоко внутри всё стянулось больным узлом. Весел, гибель гуслей… дружина, уходящая на ту сторону неба.

Крыло, чьей судьбы ему никогда не узнать.

Брат Сквара, которого ему, может быть, никогда не найти.

– Это он про Крыла сказывает, – шепнула Ильгра Гуляю.

Тот недоверчиво двинул бровями, нахмурился: не мешай слушать.

Дверь заскрипела.

Чуда не произошло. На пороге испуганно озирался работник, внёсший охапку хвороста. Дружина глядела на него, словно привидение увидав.

– Сказано, про Крыла, – обрадовалась догадке стяговница. Потянулась к деревянному блюду, оторвала от лепёшки.

Девушки неслышно двигались вдоль стола, разносили пиво в больших кожаных кружках. Не обнесли и Светела.

Ильгра опустила руку с куском.

– Всё не так было, – хмуро пробормотала она, но опять не стала перебивать.

Работник бочком подобрался к печи. Стал совать в горнило блестящие от жира полешки. Они принимались, чернели… Огонь сновал крохотными язычками, едва коптил свод. Другой работник принёс топорик, стал потихоньку драть щепу.

А поскольку лететь на немедленное спасение Сквары, как надрывалось желанием сердце, не было никакой могуты, Светел чужими руками подхватил кружку. Единым глотком всосал половину. Пивная горечь странно мешалась со сладостью.

Кроткий ручной жар, ютившийся в кружальной печи, тотчас решил явить родство с пожарами и Бедой.

– ВВУХХХ!.. – метнулся наружу сноп огня толщиной во всё устье. Полетели искры.

Когда в лицо без остерёжки бросаются языки пламени, тело спасает себя само. Работников унесло к порогу, смешно ринуло одного на другого. Дроворубный топорик, вращаясь, взлетел – очень медленно, как показалось Светелу, – и с чмоком всел в матицу.

…Даже сквозь общий хохот дружины Светела окатило жутью. Он-то знал, почему рявкнула печь. Это он, Светел, покинул без присмотра огонёк Кочерги. Отвлёкся на дурацкую песню. Упустил жизнь…

Он стремительно обернулся. Витязь лежал с обтянутым восковым лицом. Светел не мог распознать дыхания, нащупать измерцавшийся огонёк. Всё закружилось, падая в бездну. Из-за него умер храбрец, одолевший морок Исподнего мира. Погиб, уже вырвавшись.