Цель

 – Хотя он не самый умный парень… возможно, ему потребуется практика.

Она вскидывает бровь.

– А как же «я не буду давить»?

– О, я просто играю. Никакого давления, детка. Разве что в штанах.

На мгновение она замолкает. Мы больше не обнимаемся, но все еще стоим в нескольких дюймах друг от друга.

– Честно? – спрашивает Сабрина. – Я, как правило, лучше функционирую под давлением. Иногда мне нужен… легкий толчок.

Я слышу в ее словах намек, но, хотя мой член становится тверже, заставляю себя сдерживаться.

– Не хочу подталкивать тебя.

Только если не буду на сто процентов уверен, что ты этого хочешь. – Я изучаю выражение ее лица. – Так ты этого хочешь?

Она облизывает губы.

– Так не пойдет. Скажи мне, что именно ты хочешь.

– Тебя. Я хочу тебя.

– Более конкретно. – Черт, я, наверное, мазохист, но эта девушка дважды отвергала меня с тех пор, как мы переспали. Я должен быть уверен, что мы думаем об одном.

Прощай, сдержанность. Сабрина Джеймс буквально разрушила мое самообладание этими двумя, насквозь пропитанными желанием словами.

Не успевает она моргнуть, как я страстно целую ее. Мой язык жадно проскальзывает в ее приоткрытые губы. Она задыхается от наслаждения и отвечает на поцелуй, ее язык сплетается с моим на несколько плавящих разум секунд, а затем спускается к моей шее. Ее груди вздымаются, когда она глубоко вздыхает, и ее мягкие стоны отдаются во всем моем теле.

– Ты так хорошо пахнешь, – шепчет она, покрывая меня поцелуями, которые спускаются к груди, переходят на ключицу и щекочут мой подбородок, сводя меня с ума.

Она запускает руку между нами и гладит меня в области паха, но не расстегивает их. Не проникает внутрь. Не знаю, то ли она дразнит, то ли ждет толчка, о котором говорила. Поскольку мое терпение на исходе, склоняюсь к последнему.

– Вытащи мой член, – грубо говорю я.

Ее губы изгибаются в кривой усмешке.

– Ты сказала, что хочешь взять у меня в рот, – я сжимаю кулаки. – Ну, сделай это.

Сабрина издает сладкий, слабый звук, нечто среднее между всхлипом, стоном и вздохом.

Я чувствую, как дрожат ее пальцы, когда она расстегивает пуговицу на моих джинсах, но знаю: это не нервозность, а возбуждение.

– Я хотела сделать это еще той ночью, в твоей машине, – признается она. – Но мне слишком уж не терпелось почувствовать тебя в себе.

Она аккуратно извлекает мой затвердевший член из боксеров и обхватывает его пальцами. Я сбрасываю ботинки, затем скидываю джинсы и трусы и отпихиваю все в сторону.

– Рубашку, – шутливо приказывает она.