Целитель и сид

— Кто хочет купить контракт? Кому достанется такой удивительный талант?!! Начальная цена сорок золотых! — воскликнул распорядитель, по одному движению руки которого музыка перестала играть, а танец прекратился. Рабыня стояла, все такая же спокойная, и только грудь ее учащенно вздымалась после танца.

Из толпы поднялась холеная белоснежная рука, унизанная перстнями. Владелица дома развлечений, не иначе. Вечно юная благодаря ухищрениям целителей и медикусов. Искусно и почти незаметно подкрашенные губы, изысканная прическа и платье, достойное визита во дворец.

Она пережила то же самое и поднялась на вершину своего мира, чтобы там и оставаться благодаря таким вот девочкам. Хозяйка дома развлечений выкупит контракт, записанный на «танцовщицу», но танцевать девочка будет совсем иные танцы.

Рядом поднял руку дородный мужчина, который сальным взглядом просто пожирал рабыню. Я на секунду представила, как сегодня вечером она забьется под этим боровом.

Нет, надо было сразу уйти отсюда, а не дожидаться развязки.

— Сорок два от уважаемого господина! Кто больше? — озвучил торговец.

Торг неспешно шел с шагом в один золотой, и цена дошла до шестидесяти, когда покупатель, наконец, сдался. Хозяйка борделя довольно улыбнулась.

Впрочем, и мужчина не выглядел слишком раздосадованным. Уверена, что он навестит заведение в Веселом Квартале, чтобы первым насладиться прелестями рабыни.

Я что, сказала это? Десятки лиц обернулись в мою сторону. На лицо несостоявшейся покупательницы на секунду набежала тень, но она тут же вскинула кисть вверх.

— Шестьдесят два золотых! Кто больше? — с небывалым азартом возобновил торг распорядитель, который до этого решил, что большей цены ему не получить.

«Это цена за семестр, Твиг!!!» Внутренне крича от ужаса, я снова подняла руку.

— Шестьдесят три! Молодая госпожа дает шестьдесят три!

Да он безумец. Назвать меня молодой — значит, намекнуть, что другая совсем немолода.

Дальше я автоматически поднимала руку, размышляя, что будет, если я вдруг выиграю.

«Придется платить, тупица!»

Когда цена дошла до сотни, продавец просто бился в экстазе. Может, моя соперница откажется, просто чтобы посмотреть, что я не могу расплатиться? По моей одежде сложно было сказать, что я могу отвалить столько денег.