Целительница

— Опиши ту блондинку, — как только за Тамарой Львовной и профессором закрылась дверь, потребовал тезка.

— Слушаюсь и повинуюсь! — Приложив левую ладонь к макушке, двумя пальцами правой я прикоснулась к несуществующему головному убору. Вроде как отдала воинское приветствие. — Не старше двадцати пяти. Высокая. Рост метр семьдесят пять — метр восемьдесят. Худощавая. Цвет волос натуральный. Лоб высокий, брови светлые. Нос прямой, остренький. Глаза большие.

— На левой щеке родинка, — продолжил за меня тезка. — Антонина Ушакова.

— Неожиданно, — встал с ним плечом к плечу Игорь. — У нее не самая хорошая репутация.

— Мало сказать нехорошая, — скривился Трубецкой. — Слышал, ее даже в монастырь отдать хотели. Уж больно много скандальных историй за ней тянулось.

— Например? — не удержалась я от любопытства.

Игорь с Александром переглянулись и… промолчали. А Сашка еще и перевел разговор на другое:

— В нашем классе училась младшая сестра Антонины. Но после конфликта ушла в другой лицей.

— Про конфликт можно не спрашивать? — мило улыбнулась я.

— Ну почему, — хмыкнул тезка. — Залезла другой девочке в трусы, если тебя не коробит от таких подробностей.

Меня — коробило, но в жизни случалось и похуже.

— В каком классе это было? — уточнила я.

— В первом старшем, — внимательно глядя на меня, ответил он.

— А сколько детей в семье?

— Пятеро, — опередил Трубецкого Игорь. — Трое сыновей.

Кивнув — понятно, подумала о своем. Пятеро детей… Братья. Сестры.

Интересно, какой оказалась бы моя жизнь, если бы у меня была большая семья? Если бы к нам приезжали в гости бабушки и дедушки? Забирали бы меня на каникулы?

— Саш! — встряхнул меня за плечи тезка.

Я посмотрела на него сквозь пелену на глазах. Баран бараном, но иногда меня пробивало на сентиментальность.

— Старшая ведь лесбиянка? — сморгнув слезы, снизу вверх посмотрела я на Трубецкого.

Он медленно, вроде как нехотя убрал руки с моих плеч. Оглянулся на Игоря. Вздохнул.

Похоже, тема ему не нравилась. И не только ему.

— А еще наркоманка, — наконец произнес тезка. — Полгода провела в частной клинике.

— Тогда внимание, вопрос, — подключился к разговору Игорь. — Кто и за что допустил ее к работе врачом?

Стоило признать, в этом я была с Игорем согласна. Правила в медицине и целительстве действовали жесткие. Наркотики с ними были несовместимы.

Такого от младшего Трубецкого я точно не ожидала.