Целительница для генерала-дракона (СИ)

Не для гипотетической разведки, а для самой что ни на есть практической нужды – хочу понять, друзья они или все-таки в сговоре с врагами? Стану молчаливой тенью генерала, как он хочет, буду везде за ним следовать, подмечать детали и составлять картину происходящего. Рано или поздно либо они себя выдадут, либо убедят меня в своей лояльности человечеству.

Карета неожиданно совершила резкий поворот, накренилась, и нас затрясло так, что я чуть не выронила блокнот с ручкой.

Первой мыслью было – на нас снова напали.

Но Эмберскейл сидел с безмятежным видом – насколько можно выглядеть безмятежно, вцепившись в поручни диванчика.

– Что про-ис-ходит? – проклацала я, рискуя прикусить язык.

– Мы свернули с тракта на проселочную дорогу, – куда более связно пояснил генерал. – Вдали от маглиний орбисы не нападают, так что будем объезжать цивилизованные места, пока не доберемся до столицы. Получится на два дня дольше, зато безопаснее.

Итого неделя в обществе дракона и его свиты.

Больше мы действительно в крупные города не заезжали.

Пару раз пришлось ночевать под открытым небом – то есть в карете. Я особо не возражала. Благодаря артефактам температура в ней поддерживалась сносная, мой полушубочек отлично грел, а накинутый поверх генеральский плащ и вовсе примирил меня с действительностью. Самому Эмберскейлу несмотря на отсутствие ипостаси холод был не страшен.

Я же замерзала лишь глядя на то, как они с Блейзионом по утрам обтираются снегом до пояса.

Трижды мы останавливались в селах, чем-то неуловимо напоминавших родное Потрясье. Но увы – коллег Люны там не обнаружилось. А значит, и с болезнями все обстояло куда грустнее.

Запасы из моей котомки улетучивались с неимоверной скоростью. У этого жар, у того застарелый кашель, у той токсикоз… отмахнуться от просьб местных жителей, невесть как вызнавших, что с отрядом едет травница, не позволяла совесть.

Поделилась бы рецептами, но без толку. Все равно, к сожалению, воспроизвести их в точности мало кто сможет. Для этого считать нужно уметь, чтобы соотношение выверять, а селяне и до десяти-то на пальцах, о процентах и речь не идет.