Цианид

Как не кричать, даже если очень больно. Как сохранять рассудок рядом с человеком, начисто лишенным самоконтроля.

– Если честно, твоя точка зрения перевернула мой мир, – сказал Митчелл. – Я теперь полностью перейду на анимированное порно. Когда приспичит, то смотреть буду исключительно на забавы фей и гоблинов. Пусть мои просмотры засчитываются пожилому аниматору-компьютерщику, рисующему хентай в маленькой студии на окраине Киото, которая не эксплуатирует реальных людей.

– Ты просек тему, – помахала пальцем я.

Митчелл рассмеялся, указал на мою сигарету и попросил затянуться один раз. Я протянула ему ее, но он не взял. Просто обхватил мою ладонь, поднес к губам и сделал затяжку. Пару минут мы так и стояли: моя рука в его руке, и его пальцы касаются и гладят мое запястье. Я переложила сигарету в другую руку, и наши пальцы переплелись. Он сжал мою ладонь, положил на свое плечо и, шагнув ко мне, вдруг очутился так близко, что меня всю окутал аромат его одеколона. Я выронила сигарету и коснулась ладонями его лица.

И тогда он склонился, запустил пальцы в мои волосы и поцеловал меня.

Я хотела этого. Не могла прекратить думать об этом с того самого момента, когда оказалась с ним наедине в машине. Но когда он прижался к моим губам, горячо и настойчиво, меня охватила паника. На секунду мне вдруг стало так страшно, что я отпрянула. Только мои руки продолжали лежать на его плечах, будто сожалели, что все прекратилось.

Когда Дерек вдруг быстро подходил ко мне, высокий и массивный, хватал меня и впивался губами в мой рот, в меня всегда вселялся страх.

Близость с мужчиной обычно ничем хорошим не заканчивалась, и, стоило Митчеллу приблизиться, мое тело мгновенно вспомнило об этом. Как животное, которое слишком часто били.

– Прости, я не хотел напугать тебя, – проговорил Митчелл, вглядываясь в мое лицо. Он по-прежнему был так близко, что я видела свое отражение в его зрачках.

– Нет, дело не в тебе! Я просто… просто… Извини, я даже объяснить толком не могу.

Он коснулся моей щеки, нежно провел по ней пальцами и шепнул мне:

– Хочешь начнем еще раз? Или нам лучше остановиться на этом? У меня и в мыслях не было испугать тебя.

Это последнее, что я мог бы сделать.

Его голос тут же вернул мне спокойствие, а от слов внутри разлилось такое тепло, словно я выпила большой стакан глинтвейна. Митчелл провел большим пальцем по моей губе, и…

Мой мозг вышел в окно.

Завороженная его нежностью, я целовала его губы, а он – мои.