Цианид

Но обещать тебе что-то взамен не могу тоже. Что мне делать, Митчелл? Мы можем быть просто друзьями? У меня такой хаос в мыслях, что самой не разобраться…»

Я отправила его, не перечитывая и толком не дописав. Побоялась, что если начну править, то не стану отправлять вообще. Митчелл ответил через полчаса – раньше, чем я заснула:

«Я не должен был целовать тебя. Прости, что не удержался, и теперь ты мучишься, не зная, как быть дальше. Ничего не нужно делать. Правда. Все гораздо проще. Мы можем быть друзьями. Я тоже хочу, чтобы ты осталась в моей жизни.

Просто так. И меня не нужно прикармливать обещаниями, я понимаю, что ты в отношениях. Было бы глупо ждать этого. Спокойной ночи. Пиши, если понадобится компания. Или купоны на бабл-чай:) М.»

Я уснула на диване, прижав к груди телефон. С горящими щеками и обрывками той песни в голове, которая звучала в машине Митчелла:

Утром мы с Дереком встретились за завтраком. Я снова ждала от него какой-то выходки. Но он был сам на себя не был похож. Подавленный и тихий. Его глаза покраснели, руки дрожали, он блуждал по кухне, словно забыл, зачем пришел.

В итоге склонился над кофеваркой и долго стоял так совершенно неподвижно, будто был высечен из камня.

– Что-то случилось? – спросила я.

Он не ответил, только утер лоб дрожащей рукой.

Тем утром ему сообщили, что умер его отец. Мистер Линч был совсем еще не стар, энергичен, полон сил, но коронавирус подкосил его так сильно, что врачи ничего не смогли сделать.

Известие застало нас врасплох. Дереку пришлось срочно уехать в Вексфорд.

Я поехала за ним через два дня, когда наспех закончила дела на работе.

Я выпала из жизни на неделю, занимаясь организацией похорон. Все свалилось на мои плечи, потому что мать Дерека тоже слегла с коронавирусом, а сам Дерек заливал в себя алкоголь с утра до вечера – и, признаться, я была этому рада. Пока он пил, он не мог делать со мной то… что обычно делал.

Митчелл часто писал мне, и его сообщения были моим единственным источником радости посреди царства траурных приготовлений.

Мы говорили обо всем на свете. О моих статьях, о его спортивных увлечениях (я была права, заподозрив в нем атлета: Митчелл по выходным играл в регби в местном любительском клубе); о любимой музыке и о планах на лето. Я хотела побывать в Барселоне, увидеть легендарную Саграда Фамилию и зайти в музей Пикассо. Митчелла влек Маршрут 66 или, как его еще называют, Дикий Атлантический Путь: дорога вдоль западного побережья Ирландии, пролегавшая среди скалистых обрывов.