Цыганочка, ваш выход!
4 прочтения
Труса у меня в бою никто не празднует, с этим, я думаю, вы не поспорите. А по поводу моих дезертиров… Всех их я знаю поимённо. Трошин, который ушёл вчера, – казак соседней станицы Бессветной. У него там были старые мать с отцом. Бессветную мы спалили, как вы помните, дотла.
– Разумеется! Там полно было замайцев! И отбивались они до последнего, нам каждый дом приходилось брать с боями!
– Именно. Красноармеец Трошин не захотел участвовать в этих боях. Кроме того, мои бойцы рассказали мне, что его родная сестра была замужем за братом Стехова.
– Так вы их оправдываете?!
– Да поймите и вы, Ванда, здесь повсюду люди дохнут с голоду! – взорвался Рябченко. – Целые хутора вымирают, а мы…
– Неужели?! – вскинулась и Коржанская. – А вот представьте, когда мы брали семью Стехова, его жена пыталась совать моим чоновцам вот такой шмат сала и бутыль самогона! «Детей отпустите, ребятки, договоримся!» Самогон, который, между прочим, гонят из зерна! Голодающие, чёрт их возьми! А у них под полом мы нашли сотню царских червонцев да ещё бриллиантовые цацки! Их ведь нужно ещё как-то переправлять в уезд, а у меня все верные люди ранены! А то, что вы взяли в Бессветной, – деньги, золото, оружие?! Думаете, это умирающие с голоду их прятали?! Кого мне теперь отправлять в Новочеркасск с этими ценностями? Ваших бойцов, которые спят и видят, как бы смыться в свои станицы поближе к бабам и самогону?!! Вы сами случайно не из этой местности, товарищ комполка?!! Вам ещё не приходили мысли о том, чтобы…
– Товарищ комиссар!!! – заорал вдруг Рябченко так, что зазвенело оконное стекло, и кулак командира полка с треском опустился на столешницу.
– Простите меня, Григорий Николаевич.
Рябченко невесело усмехнулся, снова отошёл к окну и долго молчал, оперевшись обеими руками о подоконник. Коржанская пристально смотрела ему в спину. Словно чувствуя этот взгляд, комполка негромко сказал, не оборачиваясь:
– Мне доложили, что банда Цыгана опять объявилась. Того самого, которого вы гоняли по Херсонщине.
