Цыганочка, ваш выход!

 – Куда лучше прямо здесь в расход пустить! Хотя… волоки его потом отселева, падаль этакую, руки пачкай! И пол справный своей кровищей поганой зальёт… Разрешите, мы его во двор вытянем, а там уж парни из полка давно дожидаются! Вы ведь им с утра не дозволили, а опосля допросу обещали…

– В самом деле?! Так – ну-ка живо воды сюда, развязывайте, приводите в чувство! Чернецов, как тебе не стыдно – девчонка безграмотная разумней тебя! Контру расстрелять всегда успеешь! А нам надо любой ценой взять Мардо, пока он не ушёл в Бессарабию! Есть вода? Выливай на него!

На Беркуло опрокинулось ведро ледяной воды.

Он зашипел, выругался. И тут же почувствовал, как чиркнул, полоснув немного по коже, нож, разрезающий верёвки на его локтях. Сразу же наступило такое облегчение, что на миг Беркуло забыл даже о грядущем расстреле. Он блаженно застонал сквозь зубы, неловко сел на полу, прислонившись к стене. Чернецов, стоящий рядом, мрачно разглядывал его.

– У-у, гнида, смотреть невмочь… Цацкайся тут ещё с ним!

– Потерпи, немного осталось, – ровно отозвалась Коржанская.

 – Сима, пусть он расскажет, кто такой Мардо или Цыган, как его ещё называют. Где они встречались, когда это было… В общем, всё, что ему известно. И пообещай, что, если он скажет правду, я расстреляю его сама. Здесь, в этой комнате. И не отдам красноармейцам Рябченко. Слово красного комиссара.

– Ванда Леховна!.. – возмущённо вскинулся Чернецов. – Да это же…

– Замолчи, – коротко велела Коржанская, и Беркуло изумила мелькнувшая в её глазах острая горечь.

Но уже через мгновение взгляд комиссарши был обычным – спокойным, прямым, безразличным.

– Зачем ты это сказала, дура?! – зашипел он по-цыгански на Симку. – Ничего я про того Мардо не знаю! И знал бы – не сказал! Ты что, не цыганка?! За кого ты меня держишь, за пхандымари?! Меня?! Зачем тебе это…

– Беркуло, хватай меня, – ровно, негромко сказала она, и от этого голоса Беркуло умолк на полуслове. – Схвати, прикройся. На столе твой пистолет. Окно открыто. Там обрыв, не страшно… Видишь, как темно, снег пошёл… Можешь? Я с тобой, мы вместе… По мне стрелять не будут.

– Сима, что он сказал? – прервал её голос Коржанской, но Беркуло этого уже не услышал: в виски ударила кровь. В мгновение ока он понял, что девчонка права, что она всё правильно придумала… и что в самом крайнем случае смерть придёт быстро. Только бы не подвели, не отказали ноющие в суставах руки! Только бы вывезла удача…

– Симка, эй, осторожнее! Назад! – обеспокоенно крикнул Чернецов.