Туркестан

– Для пользы дела вы должны выступать как лицо, близкое к начальнику края, – возразил действительный статский советник.

– Но Константин Александрович! Это же служебный подлог! Тот же Кокоткин крикнет городовых, и меня отведут на съезжую! С такой бумагой…

– С такой бумагой, Алексей Николаевич, вы сами кого хотите отведете на съезжую, – возразил Лыкову полицмейстер. А Нестеровский добавил:

– Здесь Туркестан. Да, я совершил подлог – для пользы дела. Это мой проступок, а не ваш. И не такие вещи творятся в крае… Тут хоть с благими целями! У нас есть особая категория людей – сверхштатные чины для усиления личного состава Главного управления генерал-губернаторства.

Лезет туда всякая шваль, за отличиями и большими прогонами. Ну, появится один порядочный человек… Это хорошо или плохо?

– Я понял. Последний вопрос, Константин Александрович. Зачем я вам все-таки понадобился?

– Ну, убили нескольких русских. Мало ли их резали? Что-то не то. Договаривайте до конца.

Нестеровский обратился к Скобееву:

– Ты прав, он особенный.

Все понимает!

Потом перевел взгляд на Алексея.

– Вчера из Петербурга выехал к нам с ревизией член Совета военного министра инженер-генерал Тринитатский.

– Родственник убитого штабс-ротмистра?

– Боюсь, что не до конца, – вздохнул правитель канцелярии. – Если мы к его приезду не распутаем дело, погоны кое у кого полетят… Ведь Тринитатский-старший – инженер, а не кавалерист! Умный, опытный. И очень зол на нас, что не уберегли сына. Такого накопает! Поэтому убийство штабс-ротмистра должно быть раскрыто крайне убедительно! С деталями, показаниями преступников, с доказательствами.

Лучше всего обнаружить целый заговор. Восстание, очередной газават, страшную резню, которую нам удалось предотвратить. Тогда мы молодцы и на своем месте.

В лице Лыкова что-то переменилось, и правитель канцелярии поспешил добавить:

– Но можно и попроще! Если будет обычное убийство, без заговора – тоже годится. Главное, чтобы доказательно.

– Понял. Сколько у нас времени?

– Генерал Тринитатский прибудет в Ташкент через десять дней.

– Время есть. Мне помимо содействия Ивана Осиповича понадобится помощь моего управляющего, господина Титуса. Он опытный сыщик и будет полезен.

– Берите хоть десять Титусов! Официального жалования я ни вам, ни ему платить не могу, сами понимаете. А вот из секретных фондов – пожалуйста. Пятьсот рублей в месяц вам, и сто пятьдесят Титусу. Годится?

Лыков не удивился столь простому подходу к секретным фондам.