Твой шёпот в Тумане

Когда я была маленькой, то сильно боялась грозу. Слыша раскаты грома, пряталась под одеяло и так же закрывала уши. Тогда это помогало, тогда, а сейчас нет.

— Ну, хватит, — меня обняли сильные руки и, не обращая внимания на моё сопротивление, притянули к сильному телу. — Это даже обидно, Томма. Неужели настолько не веришь в нас.

Я ничего не ответила. Я устала. Смертельно устала. Вард укрыл меня краем своего плаща и прижал мою голову к груди, поглаживая по волосам. Столько нежности было в этом простом жесте.

— Скоро рассвет, Томма, — тихо шепнул Вульфрик. — Гуроны, похоже, так и не пришли. Продолжать весь этот спектакль смысла больше не имеет.

Вытянув вперёд руку, вард сформировал на ладони небольшой снежный вихрь и легонько стряхнул его с руки. Опустившись на землю, кружащий смерч мгновенно увеличился в размерах и понёсся к воротам.

Мужчины на вышках, выпустив последние стрелы, опустили луки. Войны спешно разбегались с пути снежного вихря, который всё увеличился прямо на глазах.

Достигнув врат, он вспыхнул и распался.

Врата и прилегающие к ним городские стены покрылись толстым слоем льда.

— Всё. Можешь успокоиться, сюда уж точно никто не ворвётся, — недовольно проворчал вард Вульфрик— И на будущее — учись мне доверять. Это неприятно, когда в тебе сомневается.

Я, глядя на заточенные во льду врата, и, правда, успокоилась.

— А мертвяки как? Их же уничтожить нужно, — тихо выдохнула я.

— Нет там уже никаких мертвяков, — всё так же недовольно ответил северянин за моей спиной, — есть лишь поляна ледяных скульптур. Вот теперь их все сжечь, это будет задача.

Я не верила тому, что слышу. Такая лютая злость накатила.

— То есть вы с самого начала могли вот так просто всё прекратить, — в недоверии я вскинула голову и глянула Иному прямо в глаза. Не верилось, что он вот так трепал всем нервы. — Вы что развлекались таким образом?

На моих глазах лицо варда Вульфрика стало принимать вполне человеческий вид.

Оно словно перевоплощалось.

— Чем ты слушаешь меня, Томмали? Я ведь сказал, что жду гурон, — процедил он.

— Но они не пришли? — я плохо соображала, но ясно было только одно — всей этой страшной ночи могло и не быть.

— Я не знаю, пришли они или нет. Мне пришлось выбирать: поимка в ловушку врага, или спокойствие собственной женщины. Ты для меня важнее. А их я поймаю позже.