Как бы она отреагировала, если б узнала, каких усилий мне стоит сидеть рядом с ним? Что бы она подумала, если б поняла, что у нас с Ригелем натянутые отношения, далеко не родственные, а, попросту говоря, враждебные? Кто знает, может, Анна решит, что семья в такой атмосфере жить не может, и передумает.
Я запаниковала и, прежде чем Ригель успел что-то сказать, ляпнула страшную глупость: — Конечно! — От лжи язык стал липким и непослушным. — Мы с Ригелем всегда ладили. На самом деле мы с ним как брат и сестра.
— Серьезно? — удивленно спросила Анна.
Я нервно сглотнула, чувствуя, что стала жертвой собственного вранья. Оставалось подождать пару секунд, когда Ригель наконец громко обзовет меня подлой врушкой.
Только повернувшись к нему и увидев его напряженные губы, я окончательно поняла свою ошибку."
"Я опять назвала его братом. Но если бы существовал способ изменить ситуацию, обернуть ее против него, тогда я, конечно, произнесла бы совсем другие слова.
Ригель спокойно посмотрел на Миллиганов и со своей привычной улыбочкой выдал:
— О, еще бы! Мы с Никой крепко связаны.
Я бы даже сказал, мы очень близки.
— Но это же замечательно! — воскликнула Анна. — Прекрасная новость! Значит, вы рады, что вместе оказались у нас. Норман, ну разве не здорово, что дети дружат?
Миллиганы обменялись довольными комментариями.
Мне на колени упала салфетка, и только через пару секунд я поняла, что моя салфетка по-прежнему лежит на столе. Ригель протянул руку, но вместо того чтобы забрать свою салфетку, с силой сжал мое колено, и его прикосновение подействовало на меня как электрошок.
Чуть не опрокинув стул, я выскочила из-за стола под удивленными взглядами Нормана и Анны. Сердце колотилось так, что было трудно дышать.
— Мне… мне надо в туалет.
И, опустив голову, я чуть ли не выбежала из кухни.
В темном коридоре я уткнулась лбом в стену. Нужно унять сердцебиение, но я не умею быстро справляться с эмоциями.
Я по-прежнему чувствовала его пальцы на своем колене, они как будто выжгли на мне клеймо.
— Ай-ай, нехорошо так убегать, — послышался голос за спиной, — ты заставляешь волноваться наших будущих родителей.
В полумраке я увидела в углу Ригеля. Его ядовитое очарование вредоносно! Он настоящий вредитель.
— Для тебя это игра? — с дрожью в голосе спросила я. — Всего лишь игра?
— Ты сама это сделала, бабочка, — ответил Ригель, наклонив голову набок.
