Дрожащими пальцами я попыталась стянуть с него свитер, но Ригель сам швырнул его на пол вместе с рубашкой. Темные волосы мягким ореолом ниспадали на его сильные плечи, и я любовалась им, пока он судорожными движениями расстегивал застежку на моих брюках и потом бесцеремонно сдернул их с меня. Стало трудно дышать. Я подняла руки, чтобы ему легче было сорвать с меня толстовку. Движения Ригеля были торопливыми, нетерпеливыми. Мы набросились друг на друга, как голодные звери.
Воздух обволакивал кожу, даря телу горячие и холодные ощущения.
Обнаженные лопатки скользили по столу, Ригель положил ладонь на изгиб моей шеи и сжимал ее до тех пор, пока мои нервы не загорелись. Я вздрогнула от его прикосновения, и пульс ускорился, когда он вцепился пальцами в мое бедро, а затем впился губами в самую нежную и чувствительную плоть.
Я зажмурила глаза и схватилась за край стола.
Меня охватила дрожь, и я позволила Ригелю стереть с меня все, взять у меня все и наполнить меня собой. Я не собиралась его останавливать. Мне нужны его огненные прикосновения и укусы, его темная любовь.
Я хотела заблудиться в его душе, потому что это единственное место, которое меня никогда не пугало.
Руки дрожали, мышцы напряглись. Я ойкнула, когда Ригель разорвал на мне трусы и резинка на секунду впилась в кожу. Потом он довольно неделикатно взял меня за лодыжки и потянул на себя, пока я не уткнулась телом в его промежность. Ригель горел от напряжения, от исступления, от желания попробовать меня на вкус, разорвать на части, сделать меня своей.
Красивый демон, единственный ангел, обитавший во тьме моей души.
Его властные прикосновения опаляли кожу. Ригель провел пальцами по моим бедрам, сначала скользя, затем с нажимом, чтобы почувствовать, как моя бархатистая плоть поддается его рукам. Прерывистый вздох сорвался с моих губ, и Ригель еще яростнее сжал мои бедра. Я прикрыла глаза и выгнулась. Ригель наклонился, чтобы впиться горячими губами в мои губы между ног. Я распахнула глаза, схватила воздух ртом, дернулась, но он обвил мои бедра руками и не позволил им двигаться.
Он стал покусывать там внизу, целовать и лизать, я в изнеможении закрыла глаза и застонала. Ноги онемели, низ живота пульсировал. Его жадный язык продолжал безжалостно ласкать меня, а покусывания возбуждали нервы, которые рассылали сладостную дрожь по всему телу.
Я схватила Ригеля за волосы, но он не остановился, а покрутил языком вокруг чувствительного кончика, а затем просунул его внутрь с большей силой, чем раньше.
