Онлайн-библиотека книг
Гребаный стояк.
– Она может вести себя… – начал извиняющимся тоном, помня, как Ника иногда стервозит, но дед перебил, не давая договорить.
– Золотая девчонка. Работящая. Не отказывается помочь, уважить старика. Дом мне убрала, полы вымыла. Половики выбила… – затих, подозрительно блеснув взглядом. – Один недостаток…
Не думал, что простые слова могут так удивить. Казалось, Саныч говорит о другой девушке, не той, которую я привез с собой в эту глушь. Он точно о Нике?
Жевнул фильтр, и почувствовал внутри него какой-то шарик, мигом лопнувший.
И тут до меня дошло.
– …курит…
– Вижу, – поднес сигарету к губам и сделал затяжку, чувствуя сладковатый привкус яблока на языке. Бонд с кнопкой. Я же выкинул ее сиги по дороге на работу. Значит, Лиля продала. Либо… – Ты купил?
Старик сконфуженно кивнул и достал из кармана поданую мной пачку. Яблочные.
Идиот, Стас! Почему раньше не заметил?
– Она так просила. Хату вымыла, котлет нажарила… – запнулся на полуслове, будто только сейчас сообразив, что выдал какой-то секрет.
– Не надо. Я поговорю с ней. Спасибо, Саныч, – поднялся, оставляя соседа одного и, войдя в ограду, зашагал к дому, стараясь не думать, что Ника сейчас голая за тонкой дверью бани.
Помоги мне Бог.
Вошел в дом и, стянув китель камуфляжа, подошел к плите. Поставил чайник и достал из шкафа чашку. Нажираться нельзя, завтра на работу, а вот кофе вполне можно.
И нужно.
Открыл буфет и нахмурился, не найдя там банку «Эгоиста».
Ей конец.
Рванул к двери на улицу, но вместо того, чтобы бежать в баню, свернул к вольеру.
Щеколда поддалась, и Стешка радостно выпрыгнул на волю, несясь по ограде к мячу, который чудом уцелел, учитывая, сколько раз пес его прокусывал.
Свет в окне Саныча горел, значит, сосед дома, и никто не поможет этой мелкой дряни добраться до крыльца.
Прошел к ступеням и сел, размышляя, долго ли Нике еще намываться.
И словно по волшебству дверь бани открылась, Ника заметила меня, но, увидев несущегося к ней пса, тут же дернула ручку на себя, едва успевая закрыться.
– Стас! – даже сквозь перегородку ее голос звучал громко. Я улыбнулся. – Убери собаку! Убери его!
Стешка бросался на дверь и лаял, а потом принялся скрести по дереву, надеясь пробраться к Нике.
