Ты доиграешься, детка

– Что-то не так? – подошел я сзади и склонился, невольно вдыхая пьянящий аромат ее кожи за ушком. Руки легли на тонкую талию и заскользили вниз к бедрам, будто знали, о чем я мечтаю все эти дни.

– Очень по-мужски запугивать девушек собакой, – холодный тон резанул по живому, и раздражение стерло бурлившее в крови желание. – Давай, спускай пса. Я предпочитаю лежать в больнице, а не спать с тобой в одной постели.

Взбесился, дернул Нику, разворачивая к себе, и, машинально стиснув тонкую шею, отчеканил:

– Я никогда не бил девушек, но твои выходки меня достали.

Я либо выдеру тебя, либо трахну, – дыхание сбилось, когда ощутил, как жилка на тонкой шее запульсировала сильнее. Собственный пульс давил горло, и сердце бесновалось в груди, но я продолжал стоять и не мигая смотреть в глаза Нике. – Ты доиграешься, детка…Ты понимаешь это?

Мятежный взгляд опустился, и Ника подняла руку, обхватывая мое запястье.

– Мне холодно, – не сразу заметил, что ее кожа покрыта мурашками, а губы дрожат от холода. Но стоило ледяным пальцам коснуться моей руки, я безотчетно присел и поднял Нику на руки, ощущая, как плавится все внутри от её близости.

Не она ходит по лезвию. Я.

Внес её в дом и направился в комнату, прямиком к кровати. Опустил Нику на пол и, стараясь не смотреть в ее сторону, достал из шкафа полотенце и вышел на улицу.

Глава 26

Солнце пекло, согревая зелень трав своим светом. Бесконечные просторы цветущих полей простирались перед глазами, а я стоял, вглядываясь в горизонт, пока мое внимание не привлекло белое пятно сбоку.

Повернулся в ту сторону, и заметил бегущую ко мне Нику.

Ветер трепал ее волосы, играя ими как прядями дорогого шелка. Белый сарафан оттенял золотистый загар, приникая к изящной фигуре как вторая кожа. Тонкие сандалии подчеркивали хрупкость ее стройных ног, и я сглотнул, понимая, что тело охватывает уже привычная дрожь предвкушения.

– Стас! – Ника повисла на моей шее, доверчиво прижимаясь всем телом, и я обхватил ее талию руками, прикрывая глаза. Аромат мандаринов вскружил голову, и я вдохнул запах ее волос, чувствуя, как горло перехватывает от щемящей сердце нежности.

 – Ты приехал.

Красивый голос звучал глухо, Ника уткнулась лицом мне в грудь и крепче стиснула объятия.

– Приехал, – говорил, но с губ не срывалось ни звука, и Ника отстранилась, глядя на меня горящими как звезды глазами. И сердце сбилось. А горло сдавило уже привычным неверием. Боясь спугнуть видение, поднял руки и обхватил красивое лицо, склоняясь к Нике.