Ты мой закат, ты мой рассвет

— Если мы ее не купим, Антон, ее не купит никто. А дерево же не виновато, что оно не такое красивое и просто не успело вырасти. Какая разница, в конце концов, на чем будут висеть игрушки?

— Ага, на заборе, — кривится мой вездесущий скептик и тянется за кошельком. — Поверить не могу, что ведусь на эту ванильную хрень, женщина. Ты мне должна минет, имей ввиду. А будешь так провокационно краснеть — два минета. Подряд.

— Я вышла замуж за сексуально озабоченного монстра, — делаю вид, что ворчу.

Но мне так хорошо… Просто хорошо.

— Ты вышла замуж за меня. — Антон берет в охапку деревце, которое нам на всякий случай завернули в бумагу и специальную сетку. — Это хуже.

— Не порти мне иллюзии медового месяца, невыносимый ты мужчина!

— Какой медовый месяц, женщина? Уже давно начались трудовыебудни. Мы переглядываемся.

Пытаемся сдержать смех и в унисон повторяем эти два слово — как одно, без пауз.

— Учти, Очкарик, — Антон отодвигает ёлочку так, чтобы она не встревала между нами, как строгая маменька со свечой, — выебудни мне просто пиздец, как нужны.

Я собираюсь сказать, что мне бы тоже не помешала парочка, но кто–то зовет меня по имени, и мне приходится взять паузу, чтобы понять — кто и откуда.

Антон кивает мне за спину.

Поворачиваюсь — и замечаю идущего к нам Вадика.

Выглядит он не очень: с темными кругами под глазами, щетиной, которой у него в жизни не было, немного заросшей прической, хоть одет как всегда аккуратно.

— Привет, — здоровается он. Когда протягивает Антону ладонь, смотрит на меня, как приклеенный. — Так и знал, что увижу тебя здесь. Еще бы Йени и не купила живую елку. Спорим, потом будут шары под покраску и сумасшедшие лекала для снежинок из салфеток?

Я натянуто улыбаюсь, потому что это звучит так, словно он нарочно пытается показать, как много обо мне знает.

— А еще разрисованные окна, — довольно сухо продолжает «список» мой майор. Вадим бросает взгляд в его сторону — и снова на меня.

Это слишком «громкий» игнор. Показательное «ты никто и тебя здесь нет».

Я прекрасно знаю этот взгляд.

Очень часто он смотрел так на Сашу, еще когда мы с моим бывшим пытались строить отношения.

И вот теперь он как бы вычеркивает Антона.

— Отлично выглядишь. Йени. — Вадик наклоняется к моему лицу, и я быстро отшатываюсь, чуть–чуть, но все же заступая мужу за плечо.

Но ведь он, как и я, сидит на «веселых таблетках».