Уверен, он впечатлит ее больше украшений.
- Тимур, - возмущенно бормочет она, увидев в моих руках очередную коробку. - Я же не шучу. Серьезно! Хватит подарков.
- От такого ты не откажешься, - оскаливаюсь.
- Откажусь, - заявляет твердо.
Я избавляюсь от внешней упаковки.
- Уверена?
Вкладываю картонный прямоугольник в дрожащие пальцы Ники. Наслаждаюсь тем, как расширяются ее глаза.
- Ты что, - сглатывает она. - Заказал это из Италии?
- Пробуй.
- Боже, - шепчет. - Ты ненормальный.
Быстро открывает маленькую коробку.
Смотрит сперва внутрь, потом на меня и обратно. Всхлипывает, шумно втягивает воздух, прикрывает глаза на пару мгновений, а дальше опять в меня взглядом впивается."
"- Тирамису, - бросает и губу закусывает. - Это тот самый десерт, который я ела на площади Святого Петра. Тогда мы собирались в музеи Ватикана, но... Господи, ты настолько хорошо все помнишь?
- Я помню то, что важно.
-Т-ты...
- Попробуй, - подаю ей ложку. - Вдруг сейчас будет не так вкусно, как раньше.
- Сейчас вкуснее, - улыбается она.
- И я не про десерт.
Берет ложку, погружает в тирамису, после смыкает вокруг нее губы. Зажмуривается от удовольствия. Облизывается.
Точно. Теперь реально вкуснее. Острее. Горячее. Сам не представляю, как умудряюсь сдерживать порывы. Зацеловать бы ее. Заобнимать. Зажать в руках будто в тисках.
Но мне и так круто. Кайфово смотреть, как она стремительно расправляется с десертом, как мелькают маленькие жемчужные зубки, как показывается кончик розового языка.
Обалдеть. Нутро нежностью заливает.
Затапливает.
Одурительная она. Моя Вероника.
- Прости, - шепчет и ресницами хлопает, смотрит на опустевшую коробку. - Я не поделилась. Я вообще, не понимаю, как все это настолько быстро съела. Ужас.
- Отлично, - подаюсь вперед и слизываю остатки десерта с ее губ. - Не забывай, у меня здесь свои вкусности. Покруче всяких там тирамису.
- Ой, - она вдруг хватается за живот.
- Что такое?
Коробка летит на пол. Ложка откатывается с бряцающим звуком.
- Тимур, - шепчет моя девочка, и слезы стекают по ее щекам.
- Началось.
+++
Ника пытается вытолкать меня из палаты. До последнего. Шипит. Когти выпускает. Бунтует моя Мурка.
- Мужчинам тут быть нельзя, - бормочет и пробует оттолкнуть.
- Почему?
Я останавливаюсь позади, обнимаю ее за плечи, склоняюсь и чмокаю в макушку, жадно вдыхаю родной запах.
- А то ты не понимаешь, - фыркает.
- Не понимаю.
- Мужчине такое видеть не надо.
- Какое - такое?
- Да ну все «это»!
- Сейчас партнерские роды в моде.
