Тут действие похлеще, чем у запрещенных препаратов. По щелчку выносит. Мозг вырубает.
Как с ней бороться? Только сдаваться. Девчонка одним взглядом хребет ломает и на колени ставит. А сама своих чар не замечает. Забавный расклад.
- Фрукты, - бормочет она. - Нужно взять фрукты.
Резко соскальзывает, бросается к холодильнику, шарит по ящикам. А я наблюдаю, прищурившись. Достаточно одного броска. Сорвать халат, под которым прячется желанное тело. Сжать. Смять. Всю волю прикладываю, чтобы сдержаться.
Дикие мысли дурманят разум.
Нутро за добычей тянется. Жаждет.
Я уже ощущаю, как наливается ее грудь под моими ладонями, как таранят кожу торчащие соски. А потом стоны льются из горла. Будоражат. Доводят до безумия. Жар прошибает изнутри. Нас двоих. Пробивает разрядами. Жестко. Мощно. Током проходится. И не разобрать, кто игру ведет, кто кого нагибает.
- Тебе что нравится? - спрашивает девчонка. - Бананы? Голубика? Я клубнику хочу. Но у нас кажется есть абсолютно все. Манго. Ананас. А некоторые плоды я вижу впервые в жизни.
Вот что это такое?
Показывает мне какую-то неведомую хреновину. Разглядывает ее, поморщившись. Смотрит с явным недоумением.
- Оно хоть не ядовитое? - хмыкает. - Выглядит угрожающе.
- А черт его знает, - отмахиваюсь. - Выбрось, если тебе не нравится.
- Зачем переводить продукты? Тимур, так нельзя. Я вообще смотрю, что мы очень много еды не используем, столько всего испортится, - вздыхает. - В Европе есть фудшеринг. У нас я тоже слышала про несколько точек в центре. Ну это когда продукты с истекающим сроком годности раздают нуждающимся, делятся излишками еды.
- Я знаю, что это.
- Хорошо, - кивает. - Ты не против, если я займусь?
- Тебе решать, - усмехаюсь. - Ты здесь хозяйка. На кухне. В доме. Во дворе. Как считаешь нужным, так и поступай. Можешь хоть ремонт устроить и мебель обновить.
- Но тут все новое.
Выглядит пораженной. И грудь у нее тяжело вздымается. Часто-часто. Рвано. Если бы я мог раньше до нее дотронуться, то сразу бы просек беременность. А так еще сомневался.
Наблюдал и гадал как последний кретин. Реально увеличилась или я умом тронулся?
Щеки розовеют. Чего это? А черт, она чувствует, как я ее взглядом жру, вот и смущается, даже на шаг назад отступает. Надо ее отучать. А нет, не надо, она во всем идеальная.
- Делай на свой вкус, - говорю.
- Непривычно.
-Что?
- Быть хозяйкой.
Плечами ведет. Нервно. Как-то лихорадочно. Явно напрягается. Но с чего бы вдруг? Хотя да, между нами не все точки поставлены.
