Ты ошибся с первенцем, дракон!

Вот гадина! Сразу же попыталась повернуть Дракона против конкурентки!

А ведь я не успела ему рассказать, что это его жена — главная угроза нашей дочери!

— Но это уже не важно, Галаард! — не унималась Арэль, пока он смотрел на меня, а я лихорадочно размышляла, как быть. Кого он послушает, свою родную жену или бывшую возлюбленную, которую почти не знал и не видел целых шесть лет? — У меня для тебя чудесная новость! И это касается нашего сына! Помнишь, ты переживал, что его магия долго не пробуждается? Сынок, выйди к папе!

В холл, словно только и ждал её команды, вошёл мальчик в аккуратном коричневом костюмчике.

Мое сердце пропустило удар.

В руке мальчик держал незажжённый факел.

— Аллард, солнышко моё, — промурлыкала Арэль, не сводя с меня насмешливого триумфального взгляда. — Покажи папе, что ты теперь умеешь. — И громко, торжественно добавила: — Зажги огонь!

Верхушка факела запылала, ярким пламенем отражаясь в карих глазах сына Хранителя.

Боль разрывала меня на части. Мир вокруг рушился — уже в который раз за последние полчаса.

Кажется, в эту минуту я умирала вместе с дочерью.

Ведь теперь, когда Арэль забрала силу Алины, девочка ей больше не нужна. И вряд ли жена Хранителя оставила такого неудобного ей ребёнка в живых…

Арэль торжествовала. В её глазах плескалось безумие, прикрытое маской материнской гордости. Она наслаждалась моей болью, моей беспомощностью. И торжествовала.

Ярость захлестнула меня, подобно цунами, грозя поглотить без остатка.

До этого момента маленький Аллард, словно понимая важность момента, стоял прямо и уверенно. Но, увидев, как на его маму бросилась чужая и очень злая тётя, вскрикнул, уронил факел на каменный пол и выбежал из холла.

Факел зашипел и погас.

— Что ты сделала с моей дочерью?! — орала я, борясь с Хранителем и пытаясь вырваться из его хватки. Но куда мне против силы самого Дракона!

— Дочерью? — натурально удивилась Арэль, которая так и продолжала стоять на месте и даже бровью не повела.

«Был…» — эхом отозвалось в голове.

Мне не хватало воздуха. Перед глазами плясали мутные пятна, а в ушах стоял гул, заглушающий даже собственный сбивчивый пульс.

Ярость и отчаяние смешались во мне, а щеки стали мокрыми от слёз. Я не могла поверить, что всё это происходит на самом деле.