Ты предал нашу любовь

Словно я заставляла его жить с собой, привязала детьми, опутала обязательствами, а он не мог выбраться и задыхался. Но ведь я его не держала! Я вообще ни о чём не знала, чёрт побери!

– Тебе больше не нужно жить двойной жизнью, Гуляев, – сказала я, пожав плечами.

Да и двойная жизнь ли это была? Отец Макса сейчас вовсю раскручивал бизнес, потому муж частенько пропадал в командировках и офисе Андрея Ивановича. Нет, я сейчас понимала, что часть этого времени он был со своей Динарой и их драгоценным сыном, но Гуляеву даже врать мне было не нужно ни о чём.

Я бы не заподозрила его в измене, потому что знала, что Максим действительно очень сильно вкладывается в бизнес папы, который они только-только начали развивать.

– Собирай вещи и уходи, – добавила, обхватив себя руками.

Муж задержался рядом лишь на несколько секунд, показавшиеся мне вечностью. Потом прошёл в нашу комнату, где быстро, словно заранее продумал, что именно будет забирать в первую очередь, упаковал сумки. Всё это время я сидела не шевелясь.

Лишь только понимала, что каждый звук, что доносился из нашей комнаты, кажется мне стуком комьев земли, которые бросает на крышку моего гроба Макс.

А потом он просто ушёл. Покинул нашу квартиру и уехал ко второй семье. И я, досчитав до ста и надеясь, что этого времени Гуляеву хватило на то, чтобы спуститься вниз, тихо и безнадёжно заскулила.

– Скажу сразу – первым делом тебе нужно умыться, – заявила с порога Марина, которая приехала ко мне через час.

В руке у неё был зажат пакет, который совершенно характерно звякнул, когда она поставила принесённое на пол.

А на лице подруги были написаны искреннее сочувствие и что-то, похожее на страх. Будто бы она опасалась, что я попросту возьму и развалюсь на куски у неё на глазах.

Этот час, что всё сильнее отделял меня от той жизни, которая совсем недавно казалась счастливой, я провела в беспокойных метаниях по квартире. Макс же не забрал слишком многое… Он или вернётся за вещами, или просто скажет, что всё это дурацкая шутка.

Или какая-то чудовищная проверка. Будет говорить это, улыбаясь той знакомой улыбкой, которую я так любила, прижимать меня к себе, а потом спросит: «Поверила, глупая? Я же только тебя люблю…». А я уткнусь носом в изгиб его шеи, всхлипну, жадно втягивая родной аромат и отвечу: «Какой же ты дурак… Не убивай меня больше».

Марина проводила меня в ванную, где дождалась, пока я умоюсь. Взглянув на себя в зеркало, я поразилась тому, что видела в отражении.