Ты предназначена мне

Вполне достаточно, чтобы дать знать Вику о том, что я тут, а тому, в свою очередь, собрать людей. Должно быть, всё это время он скрывался неподалёку от порта.

— И давно ты с ним заодно? – обратился я к Мартину. Посмотрел на него пристально, пытаясь понять, в какой момент я промахнулся. Здесь, внутри здания, доносящиеся с улицы звуки были почти не слышны, и всё же если бы в кабинете стояла тишина, я бы уловил шум подъехавших машин. Взгляд на дверь и заминка с шумящим чайником стали единственным поводом усомниться в нём.

Гул в голове усилился, запах жжёной резины стал острее, но сквозь него пробивался другой, сладковатый — ванили. Как ниточка, протянувшаяся сквозь каждый мой нерв, он звоном отозвался внутри.

Ярость – чёрная, острая, гнала кровь, тогда как мысли о Еве держали меня в реальности. Её волосы, её голос… Чёрт! Мысленно я молился, чтобы у неё хватило здравого ума для того, чтобы убраться отсюда. Завести чёртов Хаммер и рвануть прочь.

— Это не имеет ко всему происходящему отношения, — сказал Мартин.

Верхняя губа моя дёрнулась. Осмелел, тварь.

— Допустим, со мной ты покончишь, Вик, — процедил я. – А что дальше? Думаешь, уйдёшь живым? – Помимо пистолета за поясом, с собой у меня было два ножа. Двоих я бы уложил. Возможно, троих, но Виконт, чёрт подери, хорошо себя обезопасил. — Ты нажил слишком много врагов.

— Много, — отозвался он сквозь сжатые зубы. – Но ничего… Это решаемо, — в уголке рта появилась нехорошая усмешка. – Этот город живёт своими законами, Алиев. Всегда жил и всегда будет жить, и ни ты, ни твой брат не сможете изменить это. Уж тебе бы стоило это знать. — он взвесил в руке пистолет, хмыкнул. – Я думал ты умнее… Мы бы могли с тобой договориться, Руслан. Я ведь тебя предупреждал… — взвесил пистолет ещё раз. – Твоей девчонке понравились лилии?

Я было дёрнулся, выхватил ствол, но Вик тут же направил свой прямо мне в грудь.

 — Стоять! – рявкнул он. – Говоришь, у меня много врагов? На одного стало меньше. Кое кому сегодня должок я уже вернул. Закончу с тобой, займусь твоим братом. Достаточно. Слишком долго он пытался навязать тут свои порядки.

— У тебя ничего не выйдет, Вик, — прорычал я. – Этот город, этот мир никогда больше не будет жить по твоим законам, как бы сильно тебе ни хотелось этого.