Он буквально выплескивается из меня:
– Нет, это ты меня послушай, чертов упрямец! Что касается Флина, я согласна с тобой, тебе лучше знать, что с ним делать. Но что касается твоей болезни, то если ты меня любишь и хочешь, чтобы мы были вместе, будь любезен вернуться со своей семьей в Германию и сделать то, что ты должен сделать. – Слезы катятся градом по моим щекам. – Я не знаю, почему ты отложил операцию, но если это из-за меня, уверяю, что буду ждать тебя, пока ты вернешься, понятно? Ты назвал меня своей невестой, и поэтому я требую, чтобы ты заботился о себе, потому что я люблю тебя и хочу быть с тобой еще долгие годы.
Если хочешь, я поеду с тобой и буду с тобой рядом столько, сколько понадобится. Но прошу тебя, мне необходимо знать, что с тобой все в порядке. Потому что если с тобой что-то случится, я… я…
Эрик сжимает меня в объятиях, и я совсем раскисаю.
– Мне очень жаль, малышка… очень жаль.
Отталкиваю его. У него такое серьезное и отчаянное выражение лица, что я кричу:
– Да пошел ты к черту или еще куда-нибудь подальше! Если ты меня любишь, заботься о себе, а я в курсе твоих обязательств.
Только так ты покажешь, что действительно меня любишь.
Некоторое время в тишине слышны только мои всхлипывания. В его глазах боль, но я не могу сдержать слезы. В конце концов он протягивает ко мне руку:
– Иди сюда, дорогая.
– Нет.
– Пожалуйста… иди.
– Нет… не хочу.
Он садится на кровать и ждет, пока стихнет мой гнев. Он хорошо меня знает и понимает, что мне нужно дать время.
Через десять минут чувствую себя смешной, молча подхожу к нему и сажусь к нему на колени. Обнимаю его, и он очень нежно прижимает меня к себе. Так мы сидим долго, очень долго…
Я хочу его поцеловать, но он уворачивается.
– Ты только что играл со мной в кобру?
Эрик ухмыляется и еще крепче прижимает меня к себе.
– Когда-то такое со мной проделала ты, не так ли?
Он все же заставляет меня улыбнуться… Он нежно меня целует. Его руки все сильнее и сильнее обнимают меня, он встает вместе со мной и опускает меня на кровать.
Снимает с меня трусики и, не отводя от меня взгляда, расстегивает брюки.
Наваливается на меня, прижимается к моей влажной киске и, зажав обе мои руки, медленно проникает в меня.
Я вздрагиваю, с удовольствием его принимая, изгибаюсь и закрываю глаза.
– Посмотри на меня, дорогая. Мне это нужно.
Я открываю глаза, понимая, что ему нужно видеть мое лицо, мои глаза, и он снова входит в меня. Из моего приоткрытого рта вырывается стон.
