Когда я вхожу в битком набитую церковь Святого Каэтано, держа под руку взволнованного папу, одетая в свое красивое (честное слово!) подвенечное платье, и вижу, что мой Айсмен ждет меня, красивый, как никогда, в свадебном сюртуке, я уже понимаю, что у меня будет не один ребенок – у меня будет несметное количество детей.
Церемония длится недолго – так захотели мы с Эриком. Когда мы выходим из церкви, друзья и родственники посыпают нас рисом и лепестками белых роз. Эрик с любовью целует меня, и я вне себя от счастья.
Банкет проходит в красивом мюнхенском зале. Угощение очень вкусное: наполовину немецкое, наполовину испанское, и, похоже, всем нравится.
Эрик поражает наше воображение немалыми расходами. Он не хотел, чтобы мой отец и сестра чувствовали себя одиноко, и устроил так, чтобы на свадьбу приехал мой друг Начо, а из Хереса – Бичаррон и Лусена, Лола и Харандера, Пепи из Ла-Бодеги, Пачуча и Фернандо со своей невестой из Валенсии. По их словам, «Франкфурт» сам с ними связался и пригласил всех приехать за его счет.
Эрик даже пригласил «поклонниц Максвелл». Настоящее безумие!
Я его зацелую! Я зацелую своего мужа до смерти.
Из компании «Мюллер» он пригласил Мигеля с его ураганной подругой, Жерардо с его женой и Пако с Раулем, которые, увидев меня, растроганно хлопали в ладоши.
Мы поднимаем бокалы розового «Моэт Шандон» и, скрестив с Эриком руки, пьем на брудершафт перед всей публикой. Когда я вижу торт из трюфеля с клубникой, недвусмысленное пожелание жениха, у меня темнеет в глазах. Словами не описать, что со мной происходит.
Когда Эрик, теперь уже мой супруг, открывает бал, он удивляет меня в очередной раз. Он нанял певицу Малу, и она поет только для нас. Какой момент! Мы смотрим друг на друга влюбленными глазами, и я вне себя от счастья в его объятиях. Боже мой, как же я его люблю!
После этого оркестр оживляет бал. Соня, мой отец и сестра переполнены счастьем. Марта и Артур аплодируют. Флин и Лус весело бегают по залу, а у Симоны и Норберта с лица не сходят улыбки. Все очень романтично.
Все восхитительно, и мы радуемся нашему самому удивительному дню."
"Смеясь, я танцую с Рейналдо и Анитой под песню «Бемба колора»[38], во все горло выкрикивая: «Сахарок!» Эрик не может сдерживать смех. Я его счастье.
Вместе с Соней, Бьорном, Фридой и Андресом мы растрепали волосы, танцуя под песню «Сентябрь»[39], и, когда перестает звучать мелодия, Декстер завладевает микрофоном. Минута, и он а капелла поет мексиканское болеро в честь Эрика и меня.
