Не ерепенюсь, потому что понимаю, что драконить информатора ни в коем случае не стоит.
– Я имела в виду, что чистенькая. Никаких инфекций нет.
– Конечно, нет, – не удержав характера, таки защищаю свое. – Она только со мной была.
– Значит, и аборт от вас делала, – опрокидывает профессионально. На обе лопатки. Мои легкие загораются. Уже должен тихо тлеть, а оно, сука, снова и снова взрывает. С трудом переживаю. – Ну да, один половой партнер девочкой заявлен… – замолкает, просматривая страницы дальше. У меня есть возможность выровнять дыхание.
– В общем, единственная серьезная проблема – эндометриоз. Было рекомендовано оперативное лечение, но пациентка, ссылаясь на трудное материальное положение, отказалась. Ввиду этого прописана медикаментозная терапия.
– Подождите, – торможу ее. – Что это значит? Откуда? Почему? В чем именно проблема этого эндометриоза? Очень серьезно? Чем чревато? Можно вылечить полностью?
Тетка, глядя на меня из-под очков, тягостно вздыхает.
– Эндометриоз – это когда эндометрий, который должен выстилать полость матки, находится за ее пределами.
Небольшие очаги. Можно вылечить. Из-за чего возникает? Ну, точные причины никому не известны.
– Это… Это пиздец… – давлю с хрипом. Растирая лицо, дышу в ладони сугубо натужно. Собираясь с силами, скидываю руки и суховато выталкиваю: – Это последствия аборта? Возможно?
– Возможно. Но не более того, – спокойно пожимает плечами. – К эндометриозу может быть и генетическая предрасположенность. Кроме того, причиной возникновения может стать гормональный дисбаланс, ретроградные менструации, проблемы иммунной системы и прочее.
Киваю контуженно. И столь же сипло выдыхаю:
– Вы не сказали, чем чревато?
– А чревато бесплодием. Ну и раковыми заболеваниями. Но это по самым худшим прогнозам, если совсем себя запустить.
У меня останавливается сердце. В голове вертолетами рассекает сознание. В легких стремительно заканчивается воздух. Шатает бешено. И я впервые чувствую, что готов отстегнуться.
Только не это… Только не это, блядь… Блядь, Боже, пожалуйста…
Грудь поднимается, я пытаюсь вдохнуть.
Раз, второй, третий… С третьего удается. Набиваю легкие кислородом по максимуму. Медленно выдыхаю.
– Можно продолжать медикаментозное воздействие, – бормочет тем временем врач, продолжая пялиться в монитор. – Но лучше, конечно, провести оперативное лечение.
– Конечно, – соглашаюсь я. И заверяю: – Мы проведем.
– Прекрасно, – выдает тетка с неожиданной улыбкой.
Ведусь, воспринимая эту гримасу обнадеживающе.
