Ты за моей спиной (СИ)

Самую настоящую. Чуть кривоватую из-за шрама. Но эта улыбка адресована мне.

– Нехорошо лезть в мою жизнь и решать, что и как будет лучше за меня, – фыркаю я, и реальность догоняет меня: – Федя, это правда ты?

Почти шесть чертовых и тоскливых месяцев нет. Не существует. Есть Белый. Только он, его обжигающие черные глаза. Полуулыбка. Крепкие руки. Широкие плечи, которые нестерпимо хочу обнять.

– Я, – кивает он.

Я резко закрываю лицо ладонями. Не верю в происходящее. Прокручиваю в голове сотни сценариев нашего с ним разговора.

– Если нужно, я отвезу..., – заговаривает он. Чувствую, как матрас перестает прогибаться под весом мужского тела.

– Нет! Стой! – вскрикиваю я, открываю лицо, не могу сдержать слез, умоляю взглядом, жестами, словами: – Не уходи! Не оставляй меня!

Меня сносит ураганом. Крепкие жадные руки стискивают плечи. Вскидывают меня так, что я теперь сижу на мужских коленях, прижатая к огромному торсу.

Пальцами цепляюсь за одежду Белого. Щекой вжимаюсь в широкую грудь.

Шепчу что-то бессвязное. Какой-то бред. Но молчать не могу.

Чувствую, как дрожит от напряжения его спина. Как рвано он дышит в мою макушку.

Его руки гладят мой затылок, плечи, комкают ткань моей рубашки.

Не могу ничего поделать с собой. Рыдаю. Громко. Навзрыд.

Скольжу ладонями выше, обхватываю крепкую шею, затылок. Щеку колит щетина.

– Федя... Феденька! – рвано шепчу, всхлипываю.

Короткие жадные поцелуи покрывают мое лицо. Мои губы не хотят слушаться. Не могут остановиться.

Замираю. И он тоже.

Федя тяжело дышит. Сжигает меня взглядом. И я смотрю в его глаза.

Наш первый поцелуй со вкусом моих слез. Твердые губы осторожно касаются моих. Раздвигают их. Я покорно впускаю его. Крепче сжимаю ладони. Закрываю глаза.

Боюсь упасть в пропасть.

Как же сладко... как же хорошо...

Я покорно принимаю все, что дает мне он.

Мой любимый. Мой Белый. Мой Феденька."

"Наш поцелуй набирает обороты. Задыхаюсь. Легкие разрывает от дефицита кислорода.

Далеко не сразу я слышу стук. Мое сердце колотится, как ошалелое.

Нет. Это не сердце. Кто-то стучит в распахнутую дверь.

Федя прижимает меня к своей груди, закрывая от нечаянного свидетеля.

Я боюсь открыть глаза. Мне не стыдно, нет. Просто вдруг это все – мой сон. А я не хочу просыпаться.

– Интересно у вас здесь, – слышу знакомый, немного насмешливый голос.

Я не разжимаю рук.