Когда я до тебя доберусь, ведьмочка бессовестная, будешь молить меня о пощаде. Иди мойся, только недолго. Я сейчас вернусь.
И запечатлев на моих губах многообещающий поцелуй, уходит из комнаты.
Присаживаясь на бортик ванны, чтобы снять чулки и панталоны, осознаю, что улыбаюсь так широко и блаженно, как не улыбалась уже много лет. А может и никогда. И даже опасения за свою жизнь сейчас не омрачают моего настроения. Это всё потом, а сейчас мне хорошо и, возможно, скоро станет ещё лучше.
Погрузившись в тёплую душистую воду, с наслаждением откидываюсь на бортик ванны, полностью расслабляясь.
Недолго, так недолго. Но пару минут спокойного умиротворения я могу себе позволить, разве нет?
Вот только глаза сами собой слипаются. И скоро я ловлю себя на том, что начинаю выпадать из реальности, погружаясь в сон. Хорошо что хоть не в воду. Надо бы собраться и помыться… но в тепле и неге усталость опять берёт своё, наваливаясь неподъёмным грузом, мягкими путами сонливости опутывая моё сознание. Я ещё пару раз пытаюсь разлепить пудовые веки, напоминая себе, что спать в ванне вредно и вообще опасно, но проигрываю эту битву с собственным пока ещё не изученным организмом, засыпая окончательно.
Сквозь сон, кажется, ещё слышу настойчивый голос Федерика, его раздосадованный смешок. Мне ещё снится, что я лечу, а потом бархатная тьма поглощает меня без остатка.
Просыпаюсь уже утром. И сперва мне кажется, что лежу на печке. Которая при этом ещё и мерно вздымается. И стучит под ухом.
Сонно вздохнув, отворачиваюсь от солнечного света и невольно сжимаю свою большую и удобную подушку руками.
И тут же на мою попу опускается что-то тяжёлое. Что-то очень похожее на увесистую ладонь, которая тут же принимается жамкать моё левое полупопие. А потом ещё одна лапища обхватывает талию. И меня неожиданно смещают ниже, прижимая промежностью к горячему и твёрдому… Ох, осознание, к чему именно сейчас прижимаюсь, будит меня окончательно, заставляя удивлённо распахнуть глаза.
Я опять забралась ночью на Федерика.
И он, кажется, проснулся. Отдельными частями тела так точно.
И мы обнажены… Чёрт, я уснула в ванной. Раздразнила, возбудила… и уснула. Некрасиво получилось.
Поднимаю осторожно голову и натыкаюсь на пылающий и слегка насмешливый взгляд голубых глаз.
– Доброе утро, жена.
– Доброе, – шепчу хрипло.
– Сегодня ты ведь всё помнишь? – нарочито строго хмурится принц.
– Да-а-а, наверное, – тяну неуверенно, пока не понимая, к чему он клонит.
