– Твой бывший муж болван и трус. Не позволяй его словам и поступкам влиять на твою уверенность в себе. Он был недостоин такой сильной и прекрасной душой женщины.
– Только душой? – чувствуя неловкость, нервно хмыкаю я.
– Я же не видел тебя прежнюю. Вдруг, ты страшная была, – поддразнивает муж.
– Нормальная я была. Конечно, Анна эффектней и красивей, но и на прежнюю свою внешность я не жаловалась, – фыркаю возмущённо.
– Не сомневаюсь в этом. Такая страстная и горячая женщина не может быть некрасивой, – как-то очень бархатно и ласково уверяет меня Федерик, склоняясь к моему лицу и вызывая во мне такой уже привычный в его присутствии внутренний трепет.
– Я рад, что ты здесь со мной, Лана. Жаль, что это стало возможным лишь при таких обстоятельствах, но дар Богини я в полной мере оценил. И благодарен ей за то, что она мне тебя вручила. Такую, как ты есть.
– Какую? – сознательно поддаюсь я на эту уловку, чувствуя, как замирает и щемит сердце в груди, а губы горят в предвкушении поцелуя.
– Сладкую, дерзкую и пылкую ведьмочку.
Идеально мою, – шепчет он мне в уста за миг до того, как смять их жаркой лаской.
Глава 48
Это первое утро после нашего с Федериком знакомства, когда я просыпаюсь одна без него. Муж ещё перед сном меня предупредил, что на рассвете ему надо будет на пару часов отлучиться в столицу по какому-то очень важному и очень срочному делу. И я даже смутно припоминаю, как он целовал меня перед уходом. Я тогда сонно пыталась его затащить в кровать обратно. У меня даже почти получилось.
Потянувшись кошкой, мечтательно вздыхаю.
Вчерашний день и особенно наш с Федериком разговор на пляже что-то основательно сдвинул в моём восприятии.
То, что он мне рассказал, и то, что смогла рассказать ему я... Его слова после, и та нежность, с которой этот большой и сильный мужчина меня утешал…
Как тут остаться равнодушной? Невозможно просто.
Это было бы невозможно, даже если бы я не испытывала к мужу такую сильную симпатию с самого начала. А так… у меня просто не было шансов устоять. Не было шанса уберечь своё сердце от первых ростков того самого чувства, которое я зарекалась снова к кому-либо испытывать.
Мы ещё долго сидели у воды, целуясь, как подростки. И, скорее всего, поцелуями бы дело не ограничились, но начался прилив, и нам пришлось убираться с насиженного места.
К тому моменту, как мы поднялись к замку и добрались до наших покоев, я уже едва ноги переставляла от усталости. Длинный тяжёлый день давал о себе знать. Да и Федерик устал не меньше.
