А чернющими.
— Нет, — упираюсь ладошкой в крепкую грудь, где уверенно и размеренно стучит сердце. — Не стоит этого делать.
— Мне показалось, что тебе понравилось?
Левая бровь взлетает вверх. А взгляд плавно с губ скользит к глазам и там останавливается.
— Не показалось, — решаю быть честной, — но продолжения не будет.
— Причина?
— А у тебя нигде не ёкает?
Отвечаю вопросом на вопрос.
— Поясни, — складка между бровями разрастается, а глаза остаются честными-пречестными.
Ну-да, ну-да, почти проверила в то, что я тут полную ерунду несу, а он в гордом непонимании пребывает.
— Кто-то не свободен, — хмыкаю жестко и подныриваю под рукой, откатываясь вбок и в сторону. — Имей совесть.
— Тебя только это волнует?
Алекс совершенно спокойно, не стесняясь своей наготы, разваливается по центру кровати и закидывает руки за голову. Наблюдает внимательно, как я дерганными движениями стараюсь поскорее спрятать свое тело под несколькими слоями одежды.
— Я не хочу обсуждать эту тему, — качаю головой, избегая смотреть в сторону разобранной постели, чтобы не покраснеть вновь.
Но это не помогает. Потому злит. Неимоверно.
— Я приготовлю нам кофе, а затем ты уйдешь, — говорю уверенно и бескомпромиссно.
Слишком наше знакомство затянулось, и это внушает беспокойство. Рождает глубоко внутри ненужную привязанность и желание довериться.
Нет. Нельзя.
Выхожу из комнаты и, прикрыв дверь, на секунду замираю."
"Хватит, Соня.
Выдыхай и бери себя в руки. Жизнь продолжается, как бы тяжело ни было. И впереди ждут новые заботы и волнения.
Привычная утренняя суета расслабляет и немного расставляет все по местам. Но то, как я неосмотрительно проболталась Алексу о своей юности, гнетет и заставляет чувствовать себя не в своей тарелке. Мне жутко стыдно и неуютно.
«Не умеешь пить, вот и нефиг начинать», — делаю единственно верный вывод, плеская холодной водой в лицо, чтобы остудить щеки.
Упираюсь в раковину руками и склоняю голову. Нет, мне не плохо, а просто некомфортно. Всегда сдержанная и неболтливая, сейчас я пребываю в полном раздрае. Потому очень надеюсь, что Алекс не станет нагнетать и просто исчезнет.
— Соня, перестань себя есть поедом, ничего не случилось, — раздается из-за спины. — Я никогда не использую против тебя то, что услышал сегодня ночью. Поверь мне.
Не оборачиваясь, горько ухмыляюсь и качаю головой.
