Тысяча жизней подряд

Фокс, остановившись рядом с Рафиком, прислонился к дверному косяку и остановил свой взгляд на Арвин.

– Он интересовался тобой. Но не так, как ты того заслуживаешь.

Смущенная, Арвин пригладила платье.

– Проголодалась? – обратилась она ко мне. – Я приготовила суп и чай.

Ей не хотелось обсуждать это с Фоксом, а мне Ной с каждой жизнью становился все более несимпатичен.

– Суп – это прекрасно. Где Седрик?

– Он отправился обратно в 2019 год и обещал вернуться как можно скорее.

– Что ему там понадобилось?

– Хочет обсудить с твоей бабушкой дальнейшие действия.

– Хорошо. – Неужели нельзя было сначала поговорить со мной? Тогда я отправилась бы с ним. Хотя это, видимо, и было причиной того, что он ушел один. Моя же встреча с 2019 годом состоится совсем не так скоро.

Мы с Рафиком вынесли на луг плед с целой кучей подушек и улеглись, греясь на солнышке. Ветер мягко покачивал ветви фруктовых деревьев, окаймлявших участок с одной стороны. Вокруг царили мир и покой. Почти невозможно было представить, что в Европе уже более двадцати лет бушует одна из самых страшных войн в мировой истории.

Я смотрела в безоблачное небо, раскинувшееся над моей головой. Ястреб завис в воздухе, поджидая добычу. Точно так же на просторах времени охотники за душами поджидали меня. Меня охватил озноб, когда я подумала о жадности Лазаря и его терпении. Уже много веков он хотел завладеть моей душой. Неужели он никогда не сдастся?

– Ты знаешь, почему Лазарю нужна именно моя душа? – спросила я Рафика. – Почему он думает, что она – особенная? С чего он взял, что она поможет ему снова стать человеком и утолит его потребность во все новых и новых душах?

– Лазарь жил в те времена, и я не удивлюсь, если он нашел сведения о том, как избежать своей судьбы.

В сущности, он – тоже Проклятый.

У меня на этот счет было другое мнение.

– С каких пор он живет на свете?

– Уже более двух тысяч лет. Он постоянно охотится за душами, которые поддерживают его жизнь. Бессмысленную, бессодержательную жизнь, в которой у него нет друзей.

– Неужели тебе его жаль? Он причинил страшный вред множеству людей.

– Жалость – это слишком сильно сказано. Но ведь когда-то и он был человеком. Со своими желаниями и мечтами… пока эта участь не постигла его. Этого не заслужил никто.

– А сколько лет тебе?

– Я родился в 633 году.

– Вскоре после смерти пророка Мухаммеда. – Вкус пальцев Лазаря все еще ощущался на моих губах.

– Точно. В 629 году мой отец участвовал в завоевании Палестины.