Потому что в калитку вбегает… Мелкий ребенок. Пацан.
И он называет Яну мамой…
Я просто каменею от шока.
Реально - превращаюсь в столб. В голове ни одной мысли. Только безграничное изумление...
Пацан подбегает к нам. Прыгает на колени к Яне. Обнимает ее.
И с большим интересом смотрит на меня. Своими огромными любопытными глазищами.
Некоторое время мы с этим мелким головастиком удивленно таращимся друг на друга.
Похоже, для нас обоих эта встреча - большая неожиданность.
Но потом я подбираю отвисшую челюсть.
И пытаюсь дружелюбно улыбнуться.
Зря я это сделал! Мелкий резко спрыгивает с коленей и Яны и так же резко, без объявления войны, запрыгивает на мои.
Блин...
Он, видимо, сам офигел от собственной смелости. Смотрит испуганно, хотя и с любопытством. А я держу его за маленькие плечики, чтобы не упал. Держу и боюсь сжать руки… Он такой хрупкий!
И, очевидно, побаивается меня. Я ж огромный слон по сравнению с ним.
Не надо меня бояться, чувак.
Я боюсь тебя сильнее…
Я вообще не знаю, как обращаться с маленькими детьми! У меня нет никакого опыта.
- Ты кто? - вдруг человеческим голосом спрашивает этот головастик.
Разве такие мелкие дети умеют связно говорить? Ну надо же...
- Я Кирилл, - отвечаю я. - А ты?
- Я Матвей.
- Тебе сколько годиков? - следует новый вопрос.
- Мне? - теряюсь я. - Двадцать восемь.
- Ты уже старый?
- Ну… не очень.
- А я уже большой. Мне два годика.
И он демонстрирует мне два вытянутых пальца.
- Матвей, отстань от дяди, - слышу я какой-то замороженный голос Яны.
- Ему пора уходить.
Я не реагирую на голос. И уходить никуда не собираюсь.
Я просто не могу оторвать взгляда от этого неизвестно откуда появившегося глазастого головастика.
Он как будто загипнотизировал меня...
У Яны есть ребенок!
Матвей.
Он ложиться спать в девять и из-за него она работает официанткой.
Из-за него она уехала из Москвы! - доходит до меня.
Но почему…
Два года. Это ребенок Роберта?
Тогда почему они не вместе? И почему он не позаботился о ней? Как он мог допустить, чтобы она одна растила сына… А, судя по всему, это так.
Она бросила блестящую карьеру, вернулась домой, устроилась на работу официанткой. И не торопится снова в Москву.
Как она сама мне сказала - из-за Матвея.
Теперь все становится на свои места…
А наглый головастик уже лезет мне на шею.
- Будешь моей лошадкой?
Нет, это нормально вообще?
22
Кирилл
Матвей… сейчас я его увижу.
