У врага за пазухой (СИ)

И уже не стесняясь, начинаю выть в голос, когда ко мне подбегает Яр.

Он словно подкошенный, падает на колени рядом.

- Ты как? Они ничего не успели с тобой сделать? Поговори со мной! – засыпает вопросами и... трогает.

Гладит по щеке, по волосам. Матерится, рассмотрев что-то на скулах. Прижимается лбом ко лбу. Шепчет...

По-хорошему нужно ответить. Не пугать его еще сильнее. Но слова застревают в горле. За прошедшие сутки я уже простилась навсегда, запретила себе верить, что когда-нибудь Яр снова притронется ко мне или погладит.

Я, как могла, глушила любые надежды на глупое «мы». А теперь он здесь...

- Ты же у меня акула. – Ярослав садится на пол и устраивает меня на своих коленях. – Ты сильная и смелая. – Качает как ребенка. – С тобой все хорошо. Правда?

Загипнотизированная его глазами, я почти не замечаю хаоса, творящегося вокруг. Не слышу приказов группы захвата и редких вскриков боли.

- Я... так рада тебя видеть. – Самые дурацкие слова, какие можно было сказать.

Радость и близко не сравнится с тем, что я чувствую.

- Я чуть сердечный приступ не схватил, когда узнал, что тебя украли. - Яр осторожно прикасается губами к уголкам моих губ. – Наручниками прикую к себе, чтобы больше не сбегала.

- Ты уже как-то обещал так сделать. – Улыбаться больно. Однако это сильнее любой боли.

- Больше никаких обещаний!

Ярослав вжимает меня в свою грудь. Со стоном вдыхает запах с макушки и остекленевшим взглядом останавливается на грязных ступнях.

- Не успела обуться. – Со стыда я готова сквозь землю провалиться.

Яр не позволят спрятать ноги под стул. Берет вначале одну ступню, затем другую. Греет в ладонях и, не мигая, рассматривает свежие царапины.

- Все нормально. – Я загибаюсь от этой нежности и заботы. – Скоро заживет.

Кусаю свои несчастные губы, чтобы не заплакать.

- Заживет... – Ярослав укутывает мои перепачканные ноги в свой дорогущий пиджак. Поднимается с пола и зовет водителя: - Федор, ты срочно мне нужен!

- Что такое, Ярослав Борисович? – Федя появляется как из ниоткуда. Деловито стирая с рук кровь, останавливается рядом.

- Присмотри за Кирой. На улицу ей пока нельзя. – Устраивает меня в кресле, где еще недавно сидела Буровая. – Мне нужно потолковать с одним ублюдком.

- Понял. Буду присматривать. – Федор отзывается с такой готовностью, что улыбаюсь еще шире.

Похоже, Ярослав не единственный, кто волновался за меня.

- Не дай ей никуда сбежать! – Яр решительно закатывает рукава.

- Мы будем здесь, сколько понадобится.