У врага за пазухой (СИ)

— Как же тебе не повезло!

Хочется рассмеяться, но держусь. Откусив кусочек, закатываю глаза и красноречиво постанываю.

Яр упирается левой рукой в бок. Качает головой и тихо вздыхает.

— Откуда только взялась на мою голову?

— Наверное, грешил много!

Мы всего лишь едим, не целуемся и не тискаемся. А на душе такая теплота, как после самой нежной близости.

— Мне кажется, с тобой я за несколько жизней уже отработал. — Левый уголок его губ ползет вверх.

— И как? Умотала достаточно? Готов сдаться?

Я облизываю пальцы.

— Если «сдаться» — это ты сверху, то хоть сейчас.

Ярослав кивает в сторону дивана и отключает плиту.

— А если глобальнее? — Наверное, нужно надавать себе по губам за такие вопросы.

— Глобальнее. — Он нависает надо мной сверху, помогая подняться. — Думаю, как уберечь твой сладкий зад от новых неприятностей.

— Домашний арест не поможет. — Сама прижимаюсь грудью к его груди.

— Меня уже предупредили, — загадочно хмыкает Вольский.

— А если... — Вспыхнувшая мысль совершенно безумная. Даже заикаться о таком не стоит. Безнадежно. — Говорят, если не можешь победить безобразие, возглавь его.

— На что ты намекаешь? — Яр подхватывает меня под попу, заставляя обвить ногами его талию.

— Ты точно знаешь способ, как убедить Буровую дать интервью.

— Я буду под твоим постоянным контролем. Хочешь, можешь пристегнуть меня своими наручниками или привязать к Федору.

— Ты совсем не желаешь слышать слово «нет»?

— После этой статьи Китаец не посмеет сюда сунуться. Будет до глубокой старости сидеть в своем Пекине и тосковать по березкам.

На уговоры Яра уходит все утро.

Он героически держится во время минета. Выпучив глаза, мычит «нет» и насаживает меня на член до самого горла.

Пытается образумить, как только мы меняемся местами. Вылизывает, трахает пальцами влажный вход и долбит мозг упрямым «откажись».

Когда не спасает и это, начинает вколачивать в матрас мою несчастную, измученную оргазмами тушку.

Настоящий профессионал. Гуру убеждения и секса.

В какой-то момент уже сомневаюсь в своих способностях. Тоскливо прощаюсь с мечтой о статье. Всхлипываю от досады. Но после кофе и долгого ленивого поцелуя непрошибаемый атлант ломается.

Устроив меня на своих коленях, Яр долго смотрит в глаза. Молча о чем-то думает.