У врага за пазухой (СИ)

У меня чуть батарейка в диктофоне не села во время интервью.

- Я заметил. Вы так долго шептались в моей раздевалке, что пришлось искать билеты на следующий поезд.

Тут немного лукавлю. Я сразу купил два билета. Один на ближайший рейс – если Галина заартачится и не станет ничего говорить. Второй – на самый поздний.

Шанс был пятьдесят на пятьдесят. Я до последнего не мог гарантировать Кире никакого интервью. Но мои стойкие мальчишки, тринадцать маленьких бойцов смогли-таки проломить стену недоверия.

- Галина рассказала обо всем, что помнила.

Кира сама начинает полировать задом мой член. Благодарная акула, хорошая.

- А ведь ты могла бы тихо и спокойно пообщаться с уборщиком.

Презервативы лежат слишком далеко – не дотянусь. А вставать... даже на секунду не хочется выпускать из объятий эту несносную женщину.

- Ты так активно его рекламируешь... – Судя по сбившемуся дыханию, крышу рвет не мне одному.

Одной рукой ласкаю нежные половые губы, а другой – массирую тугое колечко ануса.

- Может, этот твой уборщик еще и красавчик?

Кира не сопротивляется. Послушно прогибается в спине. Позволяет мне вставить в нее средний палец. Вначале по первую фалангу, а после небольшой паузы – протискиваюсь по вторую.

- Если тебе нравятся мужчины постарше.

Осторожными плавными движениями расширяю ее для себя.

- Моя новая страсть, это сорокалетние. - Ведьмочка дразнит еще сильнее. Не бережет свою роскошную попку. Совсем ничего не боится.

- Очень нравятся? – Вынув палец, пристраиваю между упругих половинок головку члена.

- Да-а... – стонет, когда насаживаю на себя. - Черт. О-очень.

Кира до побелевших костяшек сжимает края ванной.

- Тогда мы идеально совпали.

Осторожно двигаюсь дальше. Боясь причинить боль, настойчиво ласкаю клитор. Трахаю пальцами эти райские складки, и с каждым мгновением все глубже погружаюсь в тесный вход сзади.

- Ты... что б тебя! Просто мастер по совпадениям... И уговорам, – голос Киры становится совсем глухим, а по напряженному телу катится волна дрожи.

Оказавшись в ней по самые яйца, поворачиваю к себе лицом и целую. Жадно, глубоко. Царапая зубами губы и покусывая язык.

Как с цепи срываюсь от этого поцелуя. Шизею от нежных губ сильнее, чем от тугой плоти, сжимающей мой член.

Странная потребность. Дикая. Такая мощная, что накрывает глухим колоколом и выносит из мыслей всех, кто был до.

- Слышал, у тебя какая-то дама поселилась, - говорит племянник, закрывая за собой дверь моего кабинета.